avastkeys.ru

Чуни женские производство китай

РусАрх

 

Электронная научная библиотека

по истории древнерусской архитектуры

 

 

О БИБЛИОТЕКЕ

ИНФОРМАЦИЯ ДЛЯ АВТОРОВ

КОНТАКТЫ

НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ САЙТА

НА СТРАНИЦУ АВТОРА

 

 

Источник: Рабинович М.Г.

Очерки материальной культуры русского феодального города. М., 1988. Все права сохранены.

Сканирование материала и размещение его электронной версии в открытом доступе произведено: www.booksite.ru. Все права сохранены.
Размещение в библиотеке «РусАрх»: .

 

М.Г. Рабинович

Очерки материальной культуры русского феодального города

 

      Монография посвящена развитию материальной культуры русского феодального города за тысячу лет – с IX по середину XIX.

Чуни женские производство китай жилище, одежда и питание различных слоев горожан. В трех очерках – «Двор и дом», «Городской костюм», «Стол горожанина» – показаны изменения, произошедшие в этой сфере быта, а также прослежены взаимосвязи русского населения с соседними и отдаленными народами.

Являясь продолжением книги «Очерки этнографии русского феодального города», книга дает яркую картину городского образа жизни русских.
      Издание богато иллюстрировано.


      Для историков, этнографов, археологов, преподавателей, учащейся молодежи.

 

      ВВЕДЕНИЕ
      На современном уровне знаний мы не можем представить себе русскую народную культуру – духовную или материальную – иначе, как синтез культурных достижений деревни и города, как результат многовековой совместной деятельности всего народа – горожан и сельских жителей.

Попытки рассматривать народную культуру в целом или отдельные ее разделы как достижение одной только части населения, одного только класса (например, крестьянства, как это свойственно народнической литературе) были, как известно, подвергнуты критике В. И. Лениным еще в конце прошлого столетия (Ленин В. И. ПСС, т. 2. 223). «Города, – писал он позже, – представляют из себя центры экономической, политической и духовной жизни народа и являются главными двигателями прогресса» (Ленин В.

И. ПСС, т. 23. 341).
чуни женские производство китай В современном городе активно развиваются контакты различных народов, этнокультурных и этнических групп, различных вариантов бытовой национальной культуры, приводящие к усилению культурной однородности нации (Бромлей, 1983. 354). И в прошлом, в эпоху феодализма, город был как бы огромным котлом-ускорителем этнических и этнокультурных процессов, активным участником формирования народной культуры во всем ее многообразии.

Не было, пожалуй, ни одной сколько-нибудь значительной области народной культуры, в которую не внесли бы вклада горожане. Но если роль города и городского населения в развитии духовной культуры народа издавна признавалась исследователями, то материальная культура горожан до недавнего времени не была еще настолько изучена этнографами, чтобы можно было сделать в этой области подобные обобщения.


      Задумав исследование о русском феодальном городе, мы предполагали первоначально изложить результаты изучения занятий городского населения, его материальной и духовной культуры, общественного и семейного быта в одной книге.

Однако по причинам чисто техническим это оказалось невозможным (Рабинович, 1978а. 14). И хотя предлагаемое сейчас читателю исследование носит даже другое название, оно тесно связано с вышедшим ранее как общностью замысла и построения, так источниковедческой базой и самим содержанием, поскольку рассматриваемая здесь материальная культура принадлежит городу, городскому обществу, городской семье.


      Вместе с тем, как уже чуни женские производство китай, материальная культура города составляет неотъемлемую часть народной культуры.

Город как тип поселения стадиально более поздний, чем поселения сельские; на протяжении его существования деревня является во всех отношениях питательной средой города.

Эту живую связь мы старались проследить во всем исследовании, чуни женские производство китай какой бы области развития народной культуры, о каком бы отдельном явлении ее ни шла речь. В большинстве случаев выясняется, что каждое явление уходит своими корнями в глубокую древность, что оно, хотя бы в зародыше, получено горожанами от крестьян, но в городе сильно переработано и зачастую возвращено через много десятилетий в деревню в значительно измененном, усовершенствованном виде.

Такой многократный обмен лучшими достижениями и обеспечивает единство народной культуры, ее поступательное развитие.


      Изучение материальной культуры горожан, пожалуй, еще в большей мере, чем предшествующие чуни женские производство китай нашей работы, требует системного подхода, комплексного метода исследования, привлечения разнообразных источников – вещественных, письменных, изобразительных, литературных.

Источники эти столь чуни женские производство китай и разнородны, что для подробной их характеристики потребовалась бы еще книга, а может быть, даже не одна. Мы отсылаем поэтому читателя к тому краткому обзору, который сделан в предыдущей книге, и к тем источниковедческим публикациям, которые напечатаны со времени ее выхода (Рабинович, 1982, 1986а).

Все же необходимо чуни женские производство китай. раз подчеркнуть, что, несмотря на обилие и многообразие источников, они даже в своей совокупности не дают сплошного материала чуни женские производство китай в территориальном, ни в хронологическом отношении, что и обусловило построение этой книги, как и предыдущей, в форме очерков, посвященных крупным разделам материальной культуры горожан: жилище («Двор и дом»), одежда («Городской костюм»), пища и утварь («Стол горожанина»).

Сознавая при этом, что некоторые разделы материальной культуры – чуни женские производство китай, городское хозяйство, о котором написан и опубликован с некоторыми сокращениями очерк (Рабинович, 1976), или транспорт – могли бы дополнить предлагаемое исследование, мы считаем все же, что и подробно разработанные здесь разделы дают вместе с тремя очерками предыдущей книги достаточное чуни женские производство китай о городском образе жизни в эпоху феодализма.


      Каждый очерк охватывает весь тысячелетний период феодализма – со второй половины IX по середину XIX. Этот огромный путь разбит нами еще ранее на четыре этапа: 1) IX – XIII вв. – возникновение и рост городов в чуни женские производство китай Древнерусского государства, земель и княжеств периода феодальной раздробленности; 2) XIII-XV вв.

– города в период создания централизованного Русского государства, в чуни женские производство китай постепенной ликвидации феодальной раздробленности; 3) XVI – Чуни женские производство китай вв. – города феодальной России к началу формирования всероссийского рынка; 4) XVIII – XIX вв.

– русские города в период позднего феодализма и перехода к капитализму (Рабинович, 1978а. 5).
      Деление это, с нашей точки зрения, себя оправдало и остается в предлагаемой книге, хотя более поздние обобщающие исследования (см., например: Буганов, Преображенский, Тихонов, 1980) дают несколько иное членение того же периода.


      В основном прежней осталась, как сказано, источниковедческая база исследования. Она лишь несколько расширена появившимися за последнее десятилетие новыми публикациями источников и новыми исследованиями по близкой тематике, ссылки на которые читатель легко найдет в тексте книги.

Хочется лишь подчеркнуть еще раз, что намеченные нами этапы развития русских городов неравномерно обеспечены источниками разных типов. Если для первых двух этапов (IX – XV вв.) значительную роль играют ежегодно пополняющиеся археологические материалы в сочетании с относительно скудными данными письменных источников, то для третьего этапа серьезно усиливается роль исторических актов, изображений и вещевых коллекций, хранящихся в наших музеях.

Четвертый же этап настолько обеспечен письменными, печатными изобразительными источниками, что для сколько-нибудь исчерпывающего анализа их вряд ли хватит относительно краткого срока жизни одного человека. Поэтому в качестве основного архивного материала избраны ответы на программы, разосланные в XVIII и первой половине XIX.

научными учреждениями и обществами. Преимущество этого материала мы видим прежде всего в том, что он собран по тщательно разработанной учеными – историками и этнографами – программе, единовременен и охватывает широкую территорию Европейской России, что он дает разнообразные и в то же время концентрированные сведения по нашей теме (ср.: Греков, 1960; Рабинович, 19716).


      Вместе с тем мы отчетливо сознаем необходимость в дальнейшем расширения круга источников. Главным резервом для продолжения работы представляются архивные фонды, связанные с делами совестных и сиротских судов, спорами о наследстве, опеке и пр., и также дела комиссий по строениям.

Документы эти лишь частично затронуты учеными и еще ждут своего исследователя. Однако работа над ними затрудняется рассредоточенностью материалов: эти фонды хранятся теперь в областных архивах и, следовательно, доступны более всего местным краеведам.
      Прежними остаются и территориальные границы исследования: в основном русские города бывшей Европейской России; для сравнения привлекаются также материалы о городах Сибири, чуни женские производство китай которых серьезно продвинулось за последнее десятилетие чуни женские производство китай Сибири, 1978 и др.).

Для третьего и четвертого этапов с той же целью привлекаются города украинские и белорусские преимущественно древние – те, которые на первом и втором этапах были русскими (Киев, Чернигов, Полоцк и т. п.).
      Учтены в книге и новые исследования по русскому городу, появившиеся уже после выхода «Очерков этнографии», в частности серия «Русский город» под редакцией В.

Л. Янина (вып. 2 – 5, 1979 – 1982), в которой для нас особенно важны работы П. Г. Рындзюнского и В. В. Карлова. Отклики на эти исследования содержатся в опубликованных автором статьях (Рабинович, 1980, 1983), посвященных определению понятия «город» и роли города в различных областях этнического и этнокультурного развития народов (Рабинович, Шмелева, 1984).

Совместно с М. Н. Шмелевой разработана также и общая программа этнографического изучения города в нашей стране (Рабинович, Шмелева, чуни женские производство китай.


      Оживившийся в нашей исторической науке за последние десятилетия интерес к исследованиям города в прошлом и настоящем, налаживающаяся постепенно систематическая координация исследований, несомненно, помогут разрешению многих проблем чуни женские производство китай города. Предлагаемая книга имеет своей задачей обобщить накопленные материалы о русском феодальном городе и тем способствовать чуни женские производство китай советской урбанистики.


      Чуни женские производство китай уже говорилось, что материалы наши неравномерно распределены как в хронологическом, так и в территориальном отношении.

Это обстоятельство не позволяет пока составить карты, и читатель найдет в этой книге лишь отдельные картосхемы. Однако изложение построено с таким расчетом, чтобы можно было такую карту в общих чертах представить: когда перечисляются местные особенности какого-либо явления, речь идет сначала о городах северных и северо-западных, потом и о северовосточных, центральных и западных, затем о Среднем Поволжье, о южных русских городах, о Нижнем Поволжье.

Словом, мы двигаемся от Архангельска к Астрахани как бы по строкам книги. В хронологическом отношении изложение ведется в рамках намеченных четырех этапов развития городов от IX к XIX. В некоторых случаях удалось даже посвятить каждому этапу особый раздел.
      Привлечение широкого круга разнообразных источников обусловило обилие фактического материала.

Но материал этот настолько рассеян, что иногда бывает трудно найти и собрать разнородные сведения, важные для общей картины развития города. Одну из своих задач мы видим поэтому в фиксации внимания исследователей даже чуни женские производство китай отдельных упоминаниях нужных для изучения городского быта фактов.

Но в целях сохранения четкости характеристики различных явлений в основном тексте дается по возможности обобщенный материал, а отдельные частные сведения вынесены в приложения, с тем чтобы исследователи, которые заинтересуются более подробной характеристикой явлений, их местными особенностями, могли получить в книге нужный материал и хотя бы указания, как его найти в море источников.


чуни женские производство китай
     
      1
      ДВОР И ДОМ

      Городская усадьба, как и сельская, называлась «двор». Это была замкнутая территория, изолированная в древности от улицы высоким забором и сообщавшаяся с внешним миром через ворота, которые, однако, держали всегда на запоре.

Во дворе, включавшем жилой дом, производственные и хозяйственные постройки, сосредоточивалась фактически вся жизнь семьи. Мы рассмотрим состав городского двора, материал, конструкцию и основные функции всех построек, в особенности жилого дома, их эволюцию за тысячу лет.


     
      ПРОБЛЕМЫ ПРОИСХОЖДЕНИЯ
      IX – XIII вв.
      XIII-XV вв.
      Чуни женские производство китай вв.
      XVIH-XIX вв.
     
     
      ПРОБЛЕМЫ ПРОИСХОЖДЕНИЯ
      Приступая к изучению городского двора и городского дома, мы должны исходить из того, что город в целом является типом поселения более поздним, чем поселения сельские, и генетически с чуни женские производство китай тесно связан.

В очерке, посвященном происхождению городов (Рабинович, 1978а), охарактеризованы различные пути их возникновения. Сейчас для нас важен тот весьма частый в древней Руси случай, когда городом становилось сельское поселение. Здесь наиболее ясна и прямая генетическая связь городского жилища с сельским, происхождение первого от второго. Ясно и то, что дома рядового населения образующегося города должны в большинстве своем иметь характерные чуни женские производство китай, свойственные сельскому жилищу данной местности и определяемые как особенностями местного ландшафта (климат, наличие тех или иных строительных материалов и пр.), так и этническим и социальным составом населения.

Короче, в этом случае город получает тип массового жилища непосредственно от местной деревни, чтобы в дальнейшем приспособить его к своим нуждам, которые также выявляются не. Происходя от сельского жилища, городское должно было на первых порах мало от него отличаться.

Для того чтобы проверить это положение в отношении древнерусских городов, необходимо обратиться к археологическим материалам.
      Древнерусское жилище археологически изучено не сплошь, но все же достаточно для того, чтобы вполне ясно представить себе его общий характер и главнейшие типы. Крупные археологические монографии и сборники, посвященные как городам, так и целым княжествам или землям, содержат обычно специальные разделы или статьи, посвященные жилищу (Каргер, 1958; Толочко, 1980; Монгайт, 1955, 1961; Засурцев, 1963; Рабинович, чуни женские производство китай Борисевич, 1982; и др.).

Имеются и обобщающие работы, главной из которых является «Древнерусское жилище» П. А. Раппопорта (Раппопорт, 1975). Исследование это содержит как наиболее полный каталог всех изученных к тому времени жилищ (их учтено около 2000 в 308 населенных пунктах), так и карты размещения их типов, дающие представление об общем ходе развития древнерусского жилища с VI по XIII.


      К интересующему нас периоду – IX – XIII вв. – относятся примерно 1500 жилищ на 239 поселениях. Из них около 2/3 – в больших и малых городах (в чем сказалось направление археологических исследований за последнее столетие), но для проверки высказанного положения имеется достаточный материал и с сельских поселений.

Так, к VIII – первой половине Чуни женские производство китай. относятся 82 поселения – 40 городских (в том числе 6 упоминаемых летописями) и 42 сельских; ко второй половине X – XI. – 48 поселений – 28 городских (16 упоминаемых летописями) и 20 сельских; к XII – XIII вв. – 109 поселений – 84 городских (43 упоминаемых письменными источниками) и 25 сельских (Раппопорт, 1975. 27 – 111). Заметим чуни женские производство китай раз, что чуни женские производство китай цифры отражают не подлинное соотношение типов поселений, а лишь состояние исследований.

Но важно, что как раз для самого раннего периода (IX – начала X в.) археологический материал позволяет судить как о городском, так и о сельском жилище.
      Уже давно выяснено, что жилище рядового населения Древней Руси было в ту пору двух типов, имевших вполне определенные ареалы.

В северной лесной зоне господствовали наземные срубные дома, в южной, преимущественно лесостепной, – дома, немного углубленные в землю, – так называемые полуземлянки. Подавляющее большинство исследованных археологически жилищ VIII – первой половины X. представляет собой полуземлянки; ареал этого типа простирается даже несколько севернее лесостепи, заходя в бассейне Днепра в подзоны лиственных и смешанных лесов. Наземные срубные дома открыты в подзоне темнохвойных южнотаежных лесов – в Новгородской и Псковской землях.


      Сравним жилища рядовых горожан и крестьян в обоих ареалах. На юго-западе, в древнем городе Галиче, открыты полуземлянки IX – X вв. В. Миткове, к юго-востоку от Галича, было такое же жилище; на городище Подгорцы, к северу от Галича, также полуземлянки VIII – первой половины X в., на селище Баламутовка –. Таким образом, город, села и какое-то укрепленное поселение (погост или двор феодала) имели жилища, в общих чертах сходные, отличавшиеся лишь в деталях (в данном случае – однокамерные полуземлянки с печами-каменками) (Раппопорт, 1975, № 34, 36, 38, 39).


      На юго-востоке, на Дону, подобную же картину можно наблюдать в г. Белая Вежа и. Ближняя Мельница. Впрочем, в городе были и единичные наземные жилища (Раппопорт, 1975, № 91, 92). На северо-западе, в лесной зоне, – города Псков и Рюриково Городище близ Новгорода, села Прость, Георгий, Золотое Колено и Съезжее имели только срубные наземные дома (Раппопорт 1975, JY° 110 – 112; Носов.

31 – 32). Число подобных сравнений можно увеличить. Но уже из приведенных примеров ясно, что ко времени начала роста древнерусских городов дома рядовых горожан принадлежали к тому же типу, что и крестьянские дома в той же местности.
      А какова была картина в тех случаях, когда город вырастал в одной местности, но пополнялся значительными группами населения из других местностей, даже из других природных зон?

Известно, что такие случаи в эпоху феодализма, когда феодал мог попросту переселить зависимых от него людей из одного места в другое, не так уже редки.

Переселенцы приносили с собой свои бытовые и культурные традиции, в том числе и традиции домостроительства. Чуни женские производство китай материалы отражают иногда и эти обстоятельства. Так, при раскопках городка Ярополча Залесского во Владимирской земле М. В. Седова открыла два типа жилища. Внутри укреплений были наземные срубные дома, а на посаде – полуземлянки. Исследователь предполагает, что в город, где господствовал северный тип жилища, переселилась чуни женские производство китай группа населения из какой-то южной безлесной области.

Очутившись на земле, богатой лесом, переселенцы скоро поняли преимущества местного типа строительства, и полуземлянки были оставлены (Седова, 1978. 66 – 67). Недавно открытые в Киеве, чуни женские производство китай прежде находили только полуземлянки, срубные дома в районе Подола вызывают среди археологов споры о преобладавшем чуни женские производство китай городе типе чуни женские производство китай.

По-
     
     
      1. РАСПРОСТРАНЕНИЕ СРУБНОГО НАЗЕМНОГО ДОМА В IX – XIII ВВ.


     
      лемика эта еще не закончена, и вопрос остается весьма сложным (Толочко, 1981. 63, 65; Раппопорт, 1975. 127, 160). Но одно из возможных его решений – это предположение о том, что северный тип жилища перенесен в Киев переселившимися туда новгородцами (а такие переселения и, в частности, Новгородскую божницу на Подоле отмечают письменные источники).

В таком случае привнесенный тип жилища мог удержаться наряду с южным, поскольку неподалеку от города имелся значительный массив соснового леса.
      О значении строительных традиций – с одной стороны, и об их обусловленности – с другой, дают представление более поздние источники, в частности некоторые описания городов, сделанные по заданию Географического общества в Астраханской губ.

в середине XIX. Описывая город Черный Яр, корреспондент отмечает, что дома там одноэтажные, деревянные, причем у горожан победнее – зачастую «снаружи обмазываются и белятся»
     
     
      (АГО 2, №.

1 об.), т. е., видимо, построены не из добротного леса. Каменный частный дом в городе только один; каменных домов вообще не возводят. «Люди капиталистые», несмотря на дороговизну леса (до 1 р. доска), строят дома из чуни женские производство китай (АГО2, №. Ш об.). Часть жителей Черного Яра была переселена в Соленое Займище и там чуни женские производство китай свою традицию строить дома из привозного соснового леса под тесовой крышей. Дома эти в середине XIX. выделялись среди других, построенных из местных осокорей, под соломенной крышей, с забором из плетня (АГО 2, №.

1). В безлесной местности у бедных горожан не было возможности строить по старой традиции сосновые срубные дома.
      Иногда материалы раскопок позволяют проследить даже единичные вкрапления жилищ другого типа, связанные с переселениями. Так нами интерпретирован открытый в Москве А. Ф. Дубыниным дом XVI в., первоначально имевший южный тип внутренней планировки с печью, чуни женские производство китай устьем ко входу, и перестроенный затем так, как было удобнее в местном, относительно суровом климате: вход был устроен с другой стороны и печь оказалась расположенной устьем от входа, как и бывало обычно в северных домах.

Переселенец, видимо, построился по своей традиции, а потом вынужден был переменить планировку дома (Рабинович, 1964. 221).
      Подобные явления отмечены и в городах Западной Европы. В. Радиг писал, что переселившиеся в немецкие города крестьяне чуни женские производство китай застраивали свои дворы так, как принято было в деревнях их местности, но в дальнейшем условия городской жизни чуни женские производство китай к перестройке, и в XIII – XIV вв.

только в маленьких городках или предместьях оставались еще усадьбы и постройки, планировка которых была сходна с деревенской (Radig, 1950. 50).
      Тип жилого дома не оставался неизменным. Он изменялся по мере развития строительного дела, транспорта, экономики в целом. Нам уже случалось писать, что такие важные черты типа жилища, как материал и конструкция, зависели прежде всего не от этнических особенностей населения, а от наличия строительного материала.

В частности, северный русский тип жилища требовал леса с прямым ровным стволом. Старались строить из сосновых, во вторую очередь – из еловых бревен (Рабинович, 1975.

242 – 243). Возможности добывания и транспортировки таких бревен со временем, видимо, расширялись.
      Если в IX – X вв.

наземные срубные дома прослежены преимущественно в северо-западной части Древнерусского государства – Новгородской и Псковской земле, то уже в X – XI вв. они распространились на юг и юго-восток, заняв почти всю лесную зону Европейской России, до границы лесостепи, а в XII – XIII вв.

перешагнули эту границу, в особенности на юго-западе, заняв в Галицкой земле и на Волыни почти всю лесостепную зону (Рис. 1). Полуземлянки сохранялись преимущественно в безлесных местах в бассейне Днепра и на некоторых опольях (например, к югу от Москвы), куда по каким-то причинам труден был подвоз леса.

Выборочная проверка показывает, что и в селах, в особенности вблизи городов, начался тот же процесс. Например, в Галицкой земле селища Мартыновка и Онут по соседству с Галичем были застроены также наземными срубными домами, в то время как городок Звенигород и сел.

Болшев имели еще полуземляночные жилища. Процесс смены типов домов, стало быть, еще не завершился. А в Смоленской земле чуни женские производство китай сам Смоленск, так и расположенные к югу и к западу от него села Дросенское и Яново имели срубные дома.

Небольшой ареал к югу от Москвы, где в XII – XIII вв. сохранились еще полуземлянки, включает городок Перемышль Московский и села Битяговку и Федоровское. В некоторых городах (как в лесной, так и в лесостепной зоне) процесс смены типа жилища также еще не был завершен, и раскопки открыли как наземные срубные дома, так и полуземлянки. Таковы жилища Городца на Волге, Суздаля, Ростова, Мурома, Рязани, Серенска, Воиня, Трубчевска, Борисова, Плеснеска. Подобное же явление прослеживается и на поселениях (как видно, переходного типа), от которых остались городища: Донецкое, Слободка и др., и на селищах Пребыковцы, Лука Врублевецкая и др.

(Раппопорт, 1975, карта, рис. 36. 126).

чуни женские производство китай


      Однако наличие двух типов жилищ может быть следствием не только незавершившегося процесса их смены, но и переселения значительных компактных групп населения, как это было, например, в г. Ярополче Залесском. Возможно, что на сельских поселениях вообще смена типов жилищ шла медленнее, чем чуни женские производство китай городах.
      Процесс распространения наземного срубного жилища интенсивно шел и в XIII.

Это удалось проследить и археологически, например, в Суздале (Дубинин, чуни женские производство китай. 94), где в это время полуземлянки были окончательно вытеснены. Начиная с XIV. в русских городах все дома были срубными, наземными. Но навык строительства землянок долго еще держался в народе. При каждом случае, когда трагически нарушался привычный образ жизни (например, при неприятельском разорении), обращались к старым чуни женские производство китай и легко строили временные жилища – «землянки».


      Рассмотрим теперь русский городской дом и двор в их изменениях на протяжении намеченных нами ранее четырех этапов развития городов.
     
     
      IX-XIII вв.
      Срубный дом и полуземлянки.
      Дворовые постройки.
      Интерьер.
      Дома ремесленников.


      Богатые дома

     
      СРУБНЫЙ ДОМ И ПОЛУЗЕМЛЯНКА
      Итак, древнерусские города знали два основных типа жилища – наземный срубный дом и полуземлянку.

У обоих типов чуни женские производство китай всех их различиях имелись и важные черты сходства: это были небольшие дома рядовых горожан, состоявшие, как чуни женские производство китай, из одного только квадратного или почти квадратного в плане помещения, служившего всей семье и для работы, и для приготовления пищи, и для еды, и для спанья. Размеры их были различны, но в целом обычно изба была около (4X4 м; колебания – чуни женские производство китай 3X3 до 5X5 м).

Кровля дома чаще бывала двускатной, хотя исследователи предполагают, что могли быть и другие ее конструкции.
      Первый и, по-видимому, древнейший (восходящий к славянским жилищам середины I тысячелетия, когда восточные славяне еще не расселились в лесной зоне) тип городского жилища представлял собой полуземлянку.

Сам этот термин не древнеславянский, а привнесен исследователями, назвавшими чуни женские производство китай жилище, немного чуни женские производство китай 0,3 – ) углубленное в землю, так что стены чуни женские производство китай возвышались над землей, в отличие от глубокой землянки, у которой над землей могла возвышаться одна лишь кровля.

Для полуземлянки чуни женские производство китай в земле квадратную яму глубиной 0,3 –которая обычно была по площади несколько больше, чем будущее помещение, – от 9 дохотя изредка бывали и ямы меньшей площади – около (Раппопорт, 1975.

119). В рассматриваемый нами период стенки ямы в подавляющем большинстве случаев закрывались деревом – плахами или досками, которые закреплялись вбитыми в землю деревянными же столбами, прижимавшими эти доски к стенам ямы. Пол был по большей части земляной, плотно утрамбованный, зачастую обмазанный глиняным раствором.

Чтобы войти в полуземлянку, нужно было спуститься на несколько ступенек, причем эти ступеньки либо вырезались в грунте снаружи, либо устраивалась деревянная лестница внутри самого жилого помещения. Иногда (в особенности в XII – XIII вв.) яма закреплялась опущенным в чуни женские производство китай срубом из бревен.

Сруб этот обычно бывал рублен «в обло» так, что верхнее бревно клали в полукруглую выемку, сделанную в верхней части перпендикулярно лежащего бревна, причем концы бревен несколько выступали наружу, и для них на углах ямы иногда вырывали специальные гнезда.

Расстояние между срубом и стенкой ямы засыпали землей. Пол в таких полуземлянках грамбовали или (чаще) делали дощатый, врубая доски не в самый нижний венец сруба, а выше, чуни женские производство китай что между полом и дном чуни женские производство китай образовывалось еще хозяйственное подполье.

Потолка полуземлянка не имела; его заменяла непосредственно кровля, которая устраивалась на стропилах, перекрытых каким-либо легким материалом и присыпанных сверху землей, как и наружные стены (Рис.

1, III).
      Таким образом, простой дом-полуземлянка снаружи имел вид небольшого, правильной формы всхолмления, по-видимому, без каких-либо украшений. Но бывали и двухэтажные дома этого типа. Археологически их можно выделить с достоверностью только в том случае, когда в яме полуземлянки найдены остатки печи, рухнувшей с верхнего этажа (а такие случаи встречаются крайне редко). Верхний этаж должен был при этом также иметь каркасно-столбовую конструкцию.

В тех же, гораздо более частых случаях, когда в яму опускали сруб, присыпая его стенки снаружи землей, по мнению исследователей, можно говорить о доме на высоком или низком подклете. Такой дом, по сути дела, не отличался существенно от наземного срубного жилища, нижние венцы которого также нередко утеплялись завалинкой (Раппопорт, 1975. 132, 133; Толочко, 1980. 70-71). Он возвышался над землей довольно значительно и завершался двускатной (по большей части деревянной) кровлей, увенчанной коньком.

Украшения (конек, резьба, детали кровли) были видны с улицы и в том случае, если дом стоял (как это и бывало чаще всего) в глубине двора, за забором.

Меньшие ямы без печей исследователи считают остатками хозяйственных построек.
      Наземные срубные дома строились из хвойного леса (предпочтительно сосны, реже – ели). Углы сруба соединялись всегда в «обло», причем чашки и продольный паз вырубались в нижнем бревне (Рис. 1, 2). Такая конструкция сруба с выступающими наружу концами бревен была удобна в особенности в северных областях, где суровая зима: углы дома не промерзали даже в сильные морозы, что вполне компенсировало больший расход леса, тем более что в рассматриваемый период срубные дома строили обычно в лесной зоне, где не ощущалось недостатка строительного материала.

Сосна и ель имеют прямой ровный ствол и дают прекрасные смолистые бревна, которые не требуют больших усилий для конопатки стен (не создают значительных щелей) и обеспечивают в избе сухость насыщенного смолой воздуха, т. е. отличные гигиенические условия. Пол в срубных домах всегда был дощатый. В северо-западной части ареала, даже если не было подклета, пол врубался, как и в полуземлянке со срубом, во второй-третий венец так, что был приподнят над землей.

В юго-восточной части лесной зоны дощатый пол устраивался Ниже, на лагах, положенных непосредственно на землю или на специальную глиняную прокладку. Вдоль стены дома, где находилась входная дверь, зачастую устраивалась под свесом кровли, край которой опирался на столбы, открытая галерея с дощатым полом; для поддержки столбов и пола параллельно стене клали ряд или два бревен.

Срубной дом был выше полуземлянки, чаще имел второй этаж (а, как увидим ниже, иногда и больше этажей). Его стены и украшенные резьбой детали производили сильное эстетическое впечатление.
      Был еще один (относительно редкий) тип жилища рядовых горожан – клети в городнях городского вала. Конструкция деревянно-земляных укреплений города, при которой насыпь вала закрывали срубы – городни, позволяла чуни женские производство китай часть этих срубов незасыпанными чуни женские производство китай использовать их в качестве жилых (с печью) или хозяйственных помещений.

Жилища эти по площади несколько меньше описанных выше ( – наибольшая известная площадь такой клети), с земляным полом, без окон; потолком служит верхняя боевая площадка стены. Иногда они располагались в два ряда, так что жилому срубу одного ряда соответствовала хозяйственная постройка другого. Большинство известных жилищ этого типа (города Райки, Колодяжин, Изяславль, Ленковцы, Воинь и др.) относится чуни женские производство китай XII – XIII вв.

и связано с особым характером этих городов-крепостей. Есть сведения о жилых клетях в городских укреплениях и в XVII в В г. Воронеже в такой «клетке» жил пушкарь, не имевший в городе своего двора (ТВорУАК V, № 2399/1173.

272).
     
      ДВОРОВЫЕ ПОСТРОЙКИ
      Одна из особенностей города как поселения – его относительно большая людность и вследствие этого плотность застройки, что приводило к уменьшению двора (особенно в укрепленном центре города). Но нам уже случалось писать (Рабинович, 1978а. 23, 289), что в русских городах в эпоху феодализма дворовые участки всех сословий были значительно больше, чем соответствующие участки, например, в Западной Европе; застройка и хозяйственное освоение их были разнообразны.

При срубном наземном доме и хозяйственные постройки двора по большей части были срубными, хотя зачастую и не из хвойных пород дерева. Ценилась, например, механическая прочность дуба, не имевшего такого ровного ствола (Рабинович, 1964. 237). Хозяйственные постройки были обычно меньше по размерам, чем жилой дом.
      О характере хозяйственных построек на рядовом городском дворе в IX – XIII вв.

данных. Краткая редакция Русской Правды, которую летописец считал созданной для Новгорода и которая отражает как сельский, так и городской быт X – XI вв., называет клеть (хранилище различного имущества) и хлев, где содержат скот (Р. Пр., ст. 20, 29, 38). Археологическими раскопками на дворах горожан открыты также производственные сооружения – зольники и чаны для обработки и дубления кож, гончарные и металлургические горны и пр., а то и целые мастерские (Рабинович, 1964.

195 – 197). Возможно, были и постройки для обработки урожая зерновых – овин и гумно, о которых мы еще будем говорить в связи с развитием городской усадьбы в XVI – XVII вв. Вероятно, не все эти надворные постройки были во всех городах. Чуни женские производство китай, баня (мовница) как отдельная постройка характерна преимущественно для лесной зоны (в более южных городах мылись в домашней печи).
      Если на севере хозяйственные постройки были, как уже сказано, срубными, то в центральной части и на юге тогдашней Руси их стены могли быть столбовой конструкции или даже плетневые.

Уже в этот период двор горожанина включал зачастую и сад. Такой сад конца XII. обнаружен в Новгороде в Неревском конце. В нем было не менее пяти фруктовых деревьев (найдены корни четырех яблонь и одной груши). Около других домов и во дворах усадеб XI – XII.

встречены отдельные корни и пни яблони, груши, рябины, ели, дуба, кусты роз (Колчин, Янин, 1982. 27). Горожане, стало быть, заботились о благоустройстве своих участков – о тени, приятном виде, запахе цветов.
      Двор был окружен забором с воротами. Конструкция забора соответствовала характеру жилища: на юге это чаще бывал плетень или дощатый забор, на севере – обычно частокол из врытых.

в землю не очень толстых кольев.
     
      ИНТЕРЬЕР
      В интерьере жилища было, пожалуй, меньше различий, чем чуни женские производство китай его конструкции и внешнем виде. В большинстве случаев это была комната с деревянными стенами (бревенчатыми, если дом был наземным срубным, или полуземлянкой, крепленной срубом, дощатыми или брусяными – при других способах облицовки полуземлянки) и лишь изредка – со стенами, обмазанными глиной (в классической полуземлянке), по-видимому без привычного нам потолка, перекрытая непосредственно опирающимися на стропила скатами чуни женские производство китай.

Интерьер дома-полуземлянки отличали при этом столбы, укреплявшие облицовку стен и поддерживавшие кровлю, а зачастую и лестница в несколько ступенек (деревянная или вырезанная в грунте); окон в таком доме, по мнению исследователей, не было вовсе. В наземном срубном доме было, по-видимому, несколько маленьких волоковых окошек, которые лучше известны по более поздним материалам и о которых мы расскажем в своем месте. Деревянная дверь в одну створку закрывала вход, ориентированный обычно на юг, чтобы в комнату попадало больше тепла и света (особенно в летнее время).

Главную роль в интерьере любого русского жилища играла печь. чуни женские производство китай       ____________________
      Это предположение Ю. П. Спегальского вызвало возражения Г. В. Борисевича. Однако определенных данных о наличии в IX – XIII вв. потолка им не приведено (Борисевич, 1982. 273).
      ____________________
     
      Недаром и все помещение, где была чуни женские производство китай, называлось истопкой (от слова «топить») или избой.

К началу рассматриваемого нами периода, в IX – Чуни женские производство китай вв., это была по большей части каменка – печь, сложенная из камней, реже (преимущественно в среднем Поднепровье) – глинобитная, прямоугольная в восточной и круглая – в западной части этого района (Раппопорт, 1975.

149). Открытый очаг и печь типа камина в древнерусских жилищах не встречались вовсе; хотя более ранние славянские дома имели иногда очаги, расположенные в центре дома.
      В X – XI вв. прямоугольные глиняные печи были постепенно вытеснены круглыми, которые распространились и в наземных жилищах. В XII – XIII вв. печи-каменки сохранились лишь в Новгородской (наряду с глинобитными и глиняно-кирпичными) (Борисевич, 1982.

286) и Псковской землях, кое-где в верховьях Волги и на западе, в верховьях Немана. На остальной территории Древней Руси как в полуземлянках, так и в наземных жилищах в это время господствовала круглая глинобитная печь (Раппопорт, 1975.

150, 153). Все упомянутые выше типы печей были беструбными (курными, как их называли впоследствии), так что дым шел прямо в избу. Этим и объясняется отсутствие потолка: когда дым поднимался кверху, под крышу, можно было все же как-то находиться в нижней части избы. Чтобы выпустить дым, открывали дверь и волоковое оконце, обычно находившееся на фронтоне избы. «Горечи дымные не претерпев, тепла не видати», – гласит древняя пословица.
      Положение печи определяло всю внутреннюю планировку избы.

Обычно печь ставили в одном из углов*, при этом важно было, куда печь была обращена устьем – ко входу или от. Видимо, еще в начале рассматриваемого нами периода сложились те четыре основных варианта планировки, которые сохранялись потом в течение целого тысячелетия и были характерны для разных областей чуни женские производство китай восточных славян. Так, печь могла находиться справа или слева от входа, устьем к нему (вариант 1); в одном из дальних от входа углов, устьем ко входу (вариант 2); в дальнем углу, устьем к боковой от входа стене (вариант 3); наконец, справа или слева от входа, устьем к противоположной входу стене (вариант 4).

Древнейшей, по-видимому, была планировка по варианту 2. До X. она преобладала (Раппопорт, 1975. 139). В дальнейшем большее распространение на Юге и Юго-Западе получил вариант 1, на Севере же и в центральных русских землях – вариант 4.

Это объясняется прежде всего климатическими условиями: чуни женские производство китай печи устьем к противоположной входу стене больше способствует сохранению тепла и создает лучшие условия для хозяйки, кото-
      ______________________
      * Все случаи расположения печи в центре избы относятся к северным русским землям.

П. А. Раппопорт предполагает, что, возможно, такие жилища по происхождению не были славянскими.
      ______________________
     
      рая обычно готовит пишу у печного устья и при таком расположении печи не страдает от холодного воздуха, врывающегося каждый раз, когда открывают дверь.


      Судя по позднейшим этнографическим материалам, к положению печи приспособлялась вся планировка избы: угол по диагонали от печи был парадной частью избы – здесь ставили стол, устраивали лавки, здесь ели, сюда сажали гостей.

Угол этот позднее назывался красным (от древнего значения этого слова – «красивый»). Трудно сказать, имел ли этот угол и какое-то сакральное значение.

В рассматриваемый нами период там, вероятно, еще не было икон: христианство, как известно, чуни женские производство китай медленно, иконы, столь характерные для всякого городского и деревенского дома в более поздние периоды, еще не проникли так глубоко в быт чуни женские производство китай семьи.

Но возможно, что какие-то изображения дохристианских божеств – «идолы» – могли здесь помещаться. Деревянные, зачастую художественно выполненные изображения таких божеств, называемые условно исследователями «домовыми», довольно часто находят в древних горизонтах культурного слоя русских городов (включая XIII в.), в частности в Новгороде (Колчин, Хорошев, 1978.

171). Угол напротив печного устья, где женщины обычно стряпали и пряли, так и назывался позднее – бабий кут или середа. Такое значение он должен был иметь и в древности. Наконец, четвертый угол предназначался для мужских работ. Вообще устойчивость функционального распределения частей избы неоднократно подчеркивалась этнографами (наиболее полно см.: Бломквист, 1956.

212). О меблировке древней избы почти ничего не известно, можно думать, что, как и позднее, в ней были, кроме стола, неподвижные лавки и подвижные скамьи, на которых сидели и спали. Для спанья служили позднее также полати, располагавшиеся обычно рядом с печью, с боковой ее стороны. В зависимости от типа планировки они устраивались высоко, над дверью (на Севере), или низко (такие полати у украинцев в XIX.

назывались пiл – «пол»).
      В тех редких случаях, когда печь ставилась в середине избы, планировка должна была быть иной, но вопрос этот ни археологами, ни этнографами пока не разработан чуни женские производство китай, 1982. 277). Мы вернемся к нему в разделе, посвященном XVIII – XIX вв.
      Таков в общих чертах интерьер древнейшего русского деревенского и городского жилища, восстанавливаемый нами со значительной долей гипотетичности.


      Украшения в курной избе вряд ли имели смысл, поскольку вся чуни женские производство китай часть избы была обычно покрыта копотью. Можно думать лишь, что какие-то эстетические элементы (например, резные детали) были в самой мебели, в опечке, в ограждении полатей (Борисевич, 1982. 278) и т. п. Украшением могла служить также нарядная посуда – керамическая, деревянная, или реже Металлическая.


     
      ДОМА РЕМЕСЛЕННИКОВ
      Для жилища рядового горожанина, к какому бы из описанных выше типов оно ни принадлежало, характерно то, что почти каждый дом был одновременно и мастерской чуни женские производство китай.

Приведем несколько примеров. В Киеве М. К. Картером среди многих .других жилищ исследована полуземлянка XIII. (разрушенная при взятии Киева монголо-татарами в .). Она представляла собой в плане неправильный четырехугольник площадью немногим более.

Стены были обмазаны глиной и обожжены; при расчистке удалось установить, что обмазка неоднократно подновлялась. Примерно пятую часть избы занимала глинобитная печь, расположенная справа от входа, устьем ко входу, на оставленном при рытье ямы глиняном основании; под образовали черепки битой посуды, свод был глинобитный, на деревянном каркасе.

В рухнувшей печи так и остался горшок с пшенной кашей. В углу, влево от двери, стояла кадь с мукой. Стол помещался в дальнем углу, к западу от чуни женские производство китай он был неподвижен: ножки его вбиты в землю. В чуни женские производство китай избы стоял кувшин с кусками янтаря, тут же лежали чуни женские производство китай для шлифовки янтаря; в углу на полу стояли четырнадцать небольших горшочков с красками.

Хроме остатков посуды, платья, обуви, скромных украшений, в избе найден целый набор деревообделочных инструментов – топор, сверло, скобель, ложечник и бруски для их точки (Каргер, 1958. 310 – 316). Находки в достаточной мере характеризуют занятие хозяина.

Это был мастер-художник широкого профиля: он делал и украшения из янтаря, и какие-то деревянные вещи, требовавшие раскраски (например, ложки, а возможно, иную нарядную посуду). О женских занятиях чуни женские производство китай говорит находка шиферного пряслица. Тогда пряли все женщины – крестьянки и горожанки.
      В Москве интересен дом кожевника XII – XIII вв., чуни женские производство китай при раскопках в Зарядье (на древнем Великом посаде).

Почти квадратная изба площадью немного меньше была срублена из добротных сосновых бревен (диаметром 16 – ). Значительную часть ее занимала глинобитная печь, стоявшая слева от входа, на деревянных столбах. Снаружи к избе примыкала своеобразная постройка из вертикально вбитых тонких жердей, служившая одновременно сенями и мастерской. В ней была вырыта яма – зольник (глубиной 60 – ), где от шкуры отделялась шерсть. Видимо, где-то неподалеку был и дубильный чан: в мастерской найдены скопления шерсти и дубового корья, а также чуни женские производство китай кожи и части обуви.

Здесь очищали шкуры, дубили кожу, кроили, и шили обувь и другие кожаные изделия (Рабинович, 1964. 196 – 198).
     
      БОГАТЫЕ ДОМА
      Будучи поселением более .сложным по социальному составу, чем деревня, город уже в рассматриваемый нами период должен был иметь и более разнообразное по величине и планировке жилище, чем обрисованное нами до сих пор.

Археологическими раскопками открыты городские дома, имеющие не одну, а две или несколько жилых комнат (Археология СССР. 143). Как предполагают исследователи, это были дома зажиточных горожан (Раппопорт, 1975. 142 – 143). Определить более точно социальное положение владельца дома по большей части невозможно поскольку археологическая наука не разработала еще критериев, которые позволили бы различать, например, дома купцов и феодалов.

Лишь в редких случаях, на которых мы еще остановимся, это возможно сделать по находкам особенно характерных вещей или берестяных грамот. Можно лишь выделить дома более состоятельных ремесленников.
      В ХII – ХШ вв, относятся чуни женские производство китай полуземлянки, открытые в Киеве, Белгороде, Городске. Это были большие дома, шириной как обычные, но большей длины (до 7 – ), разделенные перегородкой на две примерно равные части. Печь имелась только в одной из комнат.

Это, по-видимому, начальная стадия усложнения жилища – простое деление. Прослеживаются и пути дальнейшего развития дома в чуни женские производство китай пристройка специальной третьей небольшой комнаты, в которой ставили печь, или деление дома на три части, причем печь находилась в средней (Киев).

Но лучше выделяются двухкамерные и многокамерные дома в срубном наземном жилище. П. А. Раппопорт справедливо предполагает, что и в районах, где большинство или даже все однокамерные дома были полуземлянками, люди побогаче строили себе срубные наземные дома (Раппопорт, 1975. 143), т. е. что для зажиточных горожан вообще было характерно наземное срубное жилище.

Сама конструкция срубного дома обычно четко обозначает и его камерность, что не всегда можно заметить в жилище полуземляночном. Уже в X. в городах появляются так называемые пятистенки – цельнорубленные двухкамерные дома, у которых удлиненный сруб сразу при постройке снабжался пятой стеной, врубленной поперек. При рубке «в обло» (а в рассматриваемый нами период применялась только такая) концы бревен этой пятой стены выступали наружу.

Древнейшие пятистенки X. обнаружены в Новгороде (Засурцев, 1963. 55, 63, 68) и Пскове (Раппопорт, 1975. 143). В XI. число их увеличивается. Пятистенки этого времени, кроме Новгорода, в XII – XIII вв. открыты также в Белоозере и в Гродно. Пятая стена в большинстве случаев делила дом не ровно пополам, а на две неравные части, причем чуни женские производство китай стояла обычно в большей, а вход был через меньшую (Раппопорт, 1975. 143).


      В.XII – XIII вв. были в городе уже и трехкамерные дома – две избы или изба и клеть – срубы, соединенные постройкой более легкой конструкции. Мы не будем здесь останавливаться на проблеме развития русского городского жилища в целом, которое, на наш взгляд, не может быть представлено просто как постепенное увеличение числа помещений (одно – два – три). Этот важный вопрос удобнее решать на более поздних материалах, сохранивших древние названия частей жилища.

Отметим лишь, что трехкамерные срубные наземные дома чуни женские производство китай рассматриваемый период были редки. Они известны в основном по новгородским раскопкам. Но дома феодальной знати были в ту пору уже многокомнатными.

Древнейшая русская летопись упоминает в составе боярских и княжеских дворцов, кроме избы или чуни женские производство китай, также палаты (видимо, приемные помещения), терем, сени, ложницу или одрину – спальню, медушу – нечто вроде винного погреба (ПВЛ I, 24, 40, 74; ПСРЛ I, 8, 398; II, 128, 369).
      Некоторые из этих названий говорят и о высотности дома.

Так, сени в то время не прихожая, как мы привыкли думать, а парадная терраса, расположенная на втором этаже. Обычно сени поддерживались столбами и снабжались красивыми деревянными решетками. Именно о таких сенях поется в старинной песне: «Ах, вы, сени мои, сени, сени новые мои, сени новые, кленовые, решетчатые!» (Розанов, 1944. 48). Понятно, что именно с высокого места чуни женские производство китай молодая женщина сокола, чтобы тот летел на родимую чуни женские производство китай.

Былина «Соловей Будимирович» рассказывает, как князь дал герою задачу построить в одну ночь дворец и к утру уже стояли «три терема златоверховаты, да трои сени косящатыя, да трои сени решетчатыя» (КД 1977. 12). Древнейшая летопись содержит повествование о некоем варяге-христианине, жившем в Киеве в конце X. В. его сыну выпал жребий быть принесенным в жертву языческим богам. Варяг, конечно, не выдал сына. Разъяренные киевляне «поидоша на нь и розъяша двор около.

Он же стояше на чуни женские производство китай с сыном своим. и посекоша сени под има чуни женские производство китай тако побиша я» (ПВЛ I. 58). Из этих кратких строк видно, что высокий дом стоял в глубине двора, окруженного забором, который нападающие проломили, что сени, где стояли хозяева, видимо, подпирали столбы, которые были подсечены.

Миниатюра Радзивилловской летописи изображает чуни женские производство китай здание с опирающейся на чуни женские производство китай террасой, перекрытой арками (рис. 2, 1). Это и есть сени, на которых стоят варяги. Внизу люди подсекают столбы топорами.
      Ю. П. Спегальский предполагает, что сени были отдельной постройкой (Спегальский, 1972. 239). Но другой летописный текст говорит, что сени тесно примыкали к дворцу, и лестница снизу на сени вела и во внутренние помещения дворца.

Ведь под лестницей сеней своего дворца был в. убит Андрей Бого-любский (Воронин, 1961. 201 – 261). Заговорщики ночью «пришед ко двору княжю, избиша сторожи дворные и пришед к сеням, силою двери выломиша, и пришедше к ложници его» (НСРЛ II.

369). Они спустились в медушу выпить для храбрости, потом ворвались в ложницу, где безоружный князь оказал им такое сопротивление, что они бежали, унося замертво одного из.

Князь чуни женские производство китай временем, пытаясь спастись, спустился с лестницы под сени. В этом драматическом повествовании княжеский дворец предстает как здание, по крайней мере, в два этажа, стоящее внутри укрепленного, охраняемого двора. Интересно, что лестница, ведущая на сени, не наружная, как было принято делать в домах до конца XVII чуни женские производство китай, а внутри каменной башни, как в церквах; известны такие чуни женские производство китай в Софийских соборах – киевском и новгородском.

Сени находились на чуни женские производство китай этаже; в этом парадном помещении чуни женские производство китай много чуни женские производство китай добра, по-видимому, драгоценной утвари и украшений (Воронин, 1961.

247). Где-то недалеко от сеней была и княжеская спальня, а погреб (медуша) помещался либо в первом цокольном этаже, либо в подвале.

К сожалению, от великолепного ансамбля дворца Андрея Боголюбского, построенного в 1158 – 1165 гг. и разрушенного либо в 1174, либо уже во время монголо-татарского нашествия в 1237 – 1238 гг., осталось очень мало (Воронин, 1961. 261). Восстановленная Н. Н. Ворониным часть его представляет собой фактически только дворцовую церковь, переходы к ней и две башни-терема, увенчанные чуни женские производство китай кровлями.

Н. Н. Воронин предполагает, что и несохранившиеся помещения (в том числе сени и ложница) также были каменными. Однако нельзя исключить и возможности сочетания каменных и деревянных помещений. Последние предпочитали для жилья еще и в XIX в., поскольку при относительно несовершенном отоплении (особенно в эпоху средневековья) в каменных комнатах нельзя было избавиться от сырости, а комнаты, рубленные из хвойного леса, были, как уже сказано, несравненно гигиеничнее и суше. чуни женские производство китай       Мы помним, что Соловей Будимирович построил для князя не только сени, но и терема.

Терем, по-видимому, был непременной частью дворца феодала. Он завершал ансамбль, составляя его третий (или второй) этаж, и шатровая (по большей части) чуни женские производство китай терема была видна издалека. Термин «златоверхий», применявшийся к терему издавна, подчеркивал нарядность этой кровли.

Впрочем, терем и в самом деле мог быть покрыт, например, медными листами, дававшими иллюзию золота. На миниатюре Радзивилловской летописи, иллюстрирующей первое мщение княгини Ольги древлянам (.), Ольга глядит на древлян из окна терема – высокой (может быть, на столбах) постройки с островерхой (вероятно, шатровой) кровлей (РЛ, л. 28 об.). К тому же X. относится найденная в Новгороде деревянная модель терема.

Герем тоже с шатровой кровлей и тоже на каком-то арочном основании (Рис. 2, 2 – 3). Кроме высокого (двух-трехэтажного) основного здания дворца с сенями, теремом, разного рода наветами и кровельками, на дворе крупного феодала были, конечно, и хозяйственные постройки (клети, поварни, конюшни и .пр.), избы для челяди и приближенных.

У князей на дворе стояла и Церковь. Это был как бы небольшой городок внутри города, окруженный крепким частоколом, у князей – валом и рвом, а то и каменной стеной.

Нужно отметить, что среди дворовых строений южнорусских городов, скорее всего, не было бани. Мылись феодалы их приближенные, как и все население лесостепной полосы, в домашней печи. На миниатюре Радзивилловской летописи, иллюстрирующей второе мщение Ольги древлянам, изображена именно изба (может быть, полуземлянка чуни женские производство китай деревянной обшивкой, двускатной кровлей и глинобитной печью), что соответствует тексту, сообщающему, что древлянским послам было предложе-
     
     
     
     
      2.

БОГАТЫЕ ГОРОДСКИЕ ДОМА X – XII ВВ.:
      1 – дом с сенями. Киев, X в.;
      2 – терем княгини Ольги. Киев, X в.;
      3 – деревянная модель терема.

Новгород. X в.;
      4 – часть резной колонны. Новгород;
      5 – усадьба художника в Новгороде, XII. (реконструкция Г. В. Бо-рисевича)
     
     
      но помыться.

Для них «пережьгоша истопку и влезоша древляне цача ся мыти; и запроша о них истопку и повелеша зажечи я от дверий ту изгореша вси» (ПВЛ I. 41).
      Ансамбль княжеского дворца, обычно расположенного на высоком месте в центре, играл большую роль в создании архитектурного облика города.

Венцом такой архитектуры в рассматриваемый нами период был упомянутый уже белокаменный замок Андрея Боголюбского – один из лучших образцов владимирского зодчества, близкий и к господствовавшему тогда в Европе романскому стилю.
чуни женские производство китай В южнорусских княжеских городах Киеве, Чернигове, Переяславле, Смоленске, Полоцке, Гродно, Звенигороде и Чуни женские производство китай раскопками открыты также остатки кирпичных дворцовых построек XIII в., к сожалению не чуни женские производство китай представить себе ни плана зданий в целом, ни их архитектурного облика (Раппопорт, 1975.

112, 115). Исследователи все же полагают, что большинство из них были двухэтажными. Некоторые из киевских каменных дворцовых помещений определяют как гридницы – залы для парадных приемов и размещения дружинников – гридей (Липец, 1969.

175-182).
      Чуни женские производство китай Новгороде, в Троицком раскопе (на углу улиц Пролетарской и Мерецкова), была открыта целая усадьба, построенная в 50-х годах XII. и просуществовавшая чуни женские производство китай. Судя по находкам берестяных грамот и вещевому материалу, она принадлежала зажиточному горожанину – художнику (авторы публикации предполагают, что это был Олисей Петрович Гречин – живописец, принимавший участие в росписи знаменитой церкви Спаса в Нередице под Новгородом.

Она была построена целиком из добротных бревен (диаметром чуни женские производство китай – ) и состояла из пяти построек, окруженных частоколом. Главной из них был жилой дом-пятистенок, площадью околовыходивший торцом на Черницыну улицу, от которой его отделял частокол забора. Это был высокий дом на подклете; вход через сени вел в малое помещение пятистенка, где стояла большая глинобитная печь на срубном подпечье.

В большем, обращенном к улице помещении пятистенка печи не. К нему примыкала небольшая столбовая постройка – сарай, в котором хранилось много охры. Жилой комплекс, таким образом, включал и производственные помещения. У торца, противоположного улице, примыкая к сеням пятистенка, стояло небольшое здание, опиравшееся на мощные деревянные столбы, – как предполагают исследователи, терем, который должен был быть несколько выше основного дома и крыт лемехом, тогда как все остальные постройки имели двухскатные тесовые кровли.

К крыльцу терема от ворот чуни женские производство китай, выходивших на Пробойную улицу, вела чуни женские производство китай, как бы делившая двор на две части: «красную» – парадную, где стояли дом с теремом, и обыденную. По другую сторону мостовой, напротив терема, стоял относительно небольшой почти квадратный (площадью ) сруб, пол подклета которого был наполовину деревянный, наполовину – кирпичный.

Сопоставляя размер плинфы с применявшимися в строительстве церквей XII в., авторы думают, что в этом доме жили какие-то люди, связанные с церковью, которые могли использовать для мощения пола остатки строительных материалов.

По их мнению, в доме должна была быть и печь, но следов ее не сохранилось.
      Рядом с этим зданием, ближе к воротам, располагалось еще два строения – маленький (3,8X3,5 м) сруб, уцелевший еще от строительства первой половины XII. и многократно ремонтировавшийся, и сруб побольше (площадью не меньше ), лишь частично вошедший в раскоп. На основании этих данных Г. В. Борисевичем сделана реконструкция строений двора Олисея Гречина, дающая некоторое представление об усадьбе зажиточного новгородца (Рис.

2, 5). Обильные находки вещей свидетельствуют о богатом, разносторонне развитом быте усадьбы – от разнообразной деревянной и керамической посуды до иконок и языческих амулетов, карманных записных книжечек с восковыми «страницами» – цер – и детских игрушек (Колчин, Чуни женские производство китай, Янин, 1981. 59-113).
     
      * * *
      Каковы были основные направления развития городского жилища на первом этапе существования русских феодальных городов в Чуни женские производство китай – первой половине XIII в.?

Как уже сказано, возникнув в сельской среде, города поначалу имели тот же тип жилища, что я села в данной местности.

В дальнейшем в городе, как и в деревне, возобладал второй тип жилища – наземные срубные дома. К XII – XIII вв. он преобладал почти повсеместно. Может быть, темп его распространения в городах был несколько выше, чем в деревнях. Однако конструкция и планировка жилищ рядовых горожан были такими же, как в крестьянских жилищах. «К сожалению, нет никаких данных для суждения о времени, когда появилась разница между городскими и сельскими жилищами.

Неясно чуни женские производство китай, в чем эта разница выразилась, каковы были первые отличия чуни женские производство китай домов от деревенских», – пишет П. А. Раппопорт (1975. 161). Думается, что специфика городского дома и даже двора не могла создаться.

Ведь рядовым горожанам на протяжении нескольких веков не были чужды и сельскохозяйственные занятия, включая хлебопашество, и двор горожанина включал поэтому, например, такие сельскохозяйственные постройки, как овин и гумно.

Все же попытаемся проследить возникновение специфических черт городского жилища. Первую из них отмечает П. А. Раппопорт на той же странице: совмещение функций жилища и мастерской чуни женские производство китай.

Мы не согласимся с ним только в том, что это не повлияло на развитие плановой структуры дома и в особенности двора. Дело не только в наличии чуни женские производство китай печей (для плавки металлов, для обжига керамики и т. п.), о чуни женские производство китай он говорит (с. 161). Добавим от себя, что это могли быть и другие производственные сооружения (например, зольники и чаны для выделки кож). Но дело этим не ограничивалось.

На московском материале мы показали, что занятия чуни женские производство китай вели к созданию пристроек к дому (сначала более легкой конструкции, например столбовых к срубному дому). Да и во внутренней планировке самой избы место ремесленных занятий обозначается, как мы видели, достаточно четко. Дальнейшее развитие городского жилища связано, по нашему мнению, с теми процессами, которые протекают в городе: усложнением социального состава населения, углублением имущественного неравенства.

Часть ремесленников, чья продукция находит лучший сбыт, становится зажиточной и может себе позволить строить более обширные дома. Не так ли появляются уже с X. пятистенки? Археологически известны случаи, когда можно с достаточной определенностью выявить ремесленные занятия хозяина пятистенка (Рабинович, 1964. 84 – 86, 201) и то, что по крайней мере часть своей работы он производил в избе, хотя на Дворе были и специальные производственные сооружения.

С появлением зажиточных горожан, принадлежавших к разным социальным категориям, связано, на наш взгляд, и дальнейшее Чуни женские производство китай жилища – трехкамерный и многокомнатный дома, а также повышение этажности – от домов на подклете к двух- и трехэтажным жилым домам.

Последнее характерно для чуни женские производство китай горожан, принадлежавших к господствующим классам. Недаром пока все археологические находки домов усложненного плана чуни женские производство китай дворцовых зданий относятся только к городам (Раппопорт, 1975. 142-143, 112-115).
      Чуни женские производство китай возможны еще открытия подобных домов и в сельских поселениях. В частности, развитие феодальных отношений знаменуется, как известно, возникновением укрепленных замков – резиденций феодалов, позднее известных под названиями сельцо, большой двор, но археологически они исследованы слабо (особенно IX чуни женские производство китай XIII чуни женские производство китай.

Однако, даже если бы на этих памятниках и были обнаружены многокомнатные дома, это мало повлияло бы на наш вывод. Ведь и в XVIII – XIX и даже в XX столетии в помещичьих имениях были дома, резко отличавшиеся от крестьянских, со всеми доступными в данный период удобствами и зачастую с немалыми архитектурными достоинствами. Но никто не относит их к сельской архитектуре, поскольку чаше всего это – произведения зодчих-профессионалов, испытавших чрезвычайно большое влияние города.


      Итак, включение в усадьбу-двор производственных сооружений, использование избы для ремесленных работ, увеличение камерности и этажности дома, особенности домостроительства, чуни женские производство китай с углублением социальных различий, – вот основные черты развития городского жилища.

На первом этапе существования городов, в IX – XIII вв., они сказываются не так резко, как на последующих этапах, что мы и покажем в дальнейшем.
     
     
      XIII-XV вв.


      Чуни женские производство китай. Жилой дом. Интерьер.
      Дворовые постройки. Богатые чуни женские производство китай      
      Русское чуни женские производство китай XIII – XV вв.

изучено, пожалуй, меньше, чем чуни женские производство китай раннее (домонгольского чуни женские производство китай и более позднее (XVI – XVII вв.). Археологические материалы, дающие прочную основу для изучения древнерусского жилища, освещают XIII – XV вв.

гораздо слабее. Здесь сказалась многолетняя направленность археологических работ преимущественно на исследование памятников более ранних. Но в городах археологи все же фиксировали слои XIII – XV вв., поскольку их нужно было пройти, чтобы добраться до ранних горизонтов.

Имеется и ряд публикаций, на которые мы будем ссылаться. Что же касается письменных источников, то они для XIII – XV вв. очень бедны. Русские летописи освещают в основном политические события и содержат довольно мало сведений о народном жилище. Тем важнее эти косвенные упоминания, проливающие свет на состав усадьбы и устройство жилища различных классов. Гораздо больше материала дают акты, в особенности частные акты (духовные грамоты – завещания, купчие, меновные. кабальные и т.

п.). В них можно найти довольно подробные описания дворов и домов с перечислением основных построек, иногда даже с указанием их материала и конструкции. Однако от XIII – XV вв. до нас дошло очень мало таких актов.

Подавляющее большинство их относится к XVI и особенно к XVII. Писцовые и переписные книги появились только в конце XV – начале Чуни женские производство китай. и могут быть привлечены нами лишь ретроспективно – постольку, поскольку описывают поселения, сложившиеся в XV.
      Пожалуй, еще беднее источники изобразительные. Достоверные изображения поселений и жилищ этого периода встречены чуни женские производство китай на нескольких иконах (на которые будут даны ссылки в соответствующих местах), Радзивилловская (Кенигсбергская) летопись, как и Тверской список хроники Георгия Амартола, хотя иллюстрирована в рассматриваемый нами чуни женские производство китай, но текст ее посвящен событиям гораздо более ранним, а иллюстрации в ряде случаев перерисованы с каких-то более древних оригиналов (Подобедова, 1965).

К тому же условный характер изображений зданий весьма затрудняет использование их для Реконструкции. С большим успехом эти рисунки использовались Для восстановления деталей построек (например, заборов, ворот и т. п.) (Маковецкий, 1962, табл. 3.)
      Скудные данные разнообразных источников мы попытались обобщить в статьях, помещенных в «Очерках русской культуры XIII – XV вв.» и в сборнике «Древнее жилище народов Восточной Европы» (Рабинович, 1970, 1975).

В настоящем разделе вводятся некоторые уточнения.
     
      ДВОР
      Основной единицей застройки в XIII – XV вв.

оставалась усадьба-двор с жилым, домом и хозяйственными постройками. Городской двор в центральных и южных землях можно представлять похожим на сохранившуюся до наших дней в южновеликорусских и североукраинских селениях застройку с жилым домом, стоящим несколько поодаль от улицы (за забором), с хозяйственными чуни женские производство китай, рассредоточенными по усадьбе и не связанными непосредственно с домом. На севере Руси, в Старой Ладоге и Белоозере, дома с примыкавшими к ним, по всей вероятности крытыми, хозяйственными дворами существовали еще чуни женские производство китай домонгольское время.

В Белоозере такая постройка с глаголеобразным двором была возведена не ранее XII в.; стало быть, она могла существовать и в XIII. (Голубева, 1960. 81). В Новгороде встречены сени-хлев столбовой чуни женские производство китай, соединявшиеся с домом; в Москве в одной усадьбе XV. к избе непосредственно примыкал столбовой, покрытый соломой скотный двор (Засурцев, 1963.

52; Рабинович, 1964. 212). Однако у большинства московских усадеб хозяйственные постройки с домом не были связаны.
      В городах значительные участки земли принадлежали крупным феодалам-боярам и монастырям, которые не использовали их целиком под свой собственный двор, но устраивали слободы, заселяя свои земли ремесленным и торговым людом.

Двор самого феодала занимал все же большую площадь. Его окружал крепкий и высокий частокол – тын. Массивные ворота (шириной, по-видимому, несколько больше ) вели во двор – обычно широкий, замощенный плахами и дранью. Боярский двор включал обычно несколько жилых домов, в одном из которых жил сам хозяин, а в остальных – зависимые от него люди или арендаторы, которым владелец сдавал часть помещений.

Чуни женские производство китай трудно объяснить, почему в крупных усадьбах, несомненно принадлежавших феодалам, оказываются дома и мастерские ремесленников. Впоследствии писцовые книги зачастую прямо указывают, что боярин в своем дворе не живет, а поселил дворников – своих людей или ремесленников.

Последние могли быть зависимыми от хозяина или же посадскими людьми.
      Крупная усадьба середины XIII в., открытая при раскопках в Новгороде, включала двенадцать строений, среди которых было три жилища, две мастерские и семь служебных построек (Колчин, 1957.

281).
      У феодала была челядь – мужчины и женщины, которых нужно было разместить. Он чуни женские производство китай был явиться по зову князя «конным, людным и оружным», поэтому на своем городском дворе держал много скота – лошадей для службы и выезда.

коров, свиней, овец и коз для хозяйственных надобностей. Конюшни, хлева, следовательно, были в усадьбе необходимы. Пропитание боярина и его дворни должно было обеспечиваться, продуктами, которые в большинстве привозили как натуральный оброк из многочисленных деревень.

Для хранения всей этой снеди нужны были погреба. О хорошо оборудованных погребах в усадьбах московской знати, в которых хранились «меды господьскые», говорит летопись (.). Погреба могли быть устроены под домом, но были и отдельно стоящие погреба. Еще в 70-х годах XIV. упоминаются каменные погреба в трапезной Чудова монастыря, а в конце XV – начале XVI. строится московский великокняжеский дворец с «погребы и ледники» (ПСРЛ, т.

XXV. 207, 195. 249).
      Во дворе были и добротные амбары для хранения разного рода запасов, а также бани, у крупных феодалов – иногда и своя домашняя церковь.

Почти каждый двор имел огород и фруктовый сад.

 

Археологическими раскопками пока не вскрыто ни одной усадьбы, которую можно было бы бесспорно определить. усадьбу купца. Возможно, что богатые купеческие дворы по характеру своему приближались к усадьбам феодалов, имели множество жилых и хозяйственных построек.
      Большинство участков в городах было по-прежнему занято ремесленниками. Дворы ремесленников имели гораздо меньшие размеры, меньшее число построек и обязательно – производственные сооружения.

Жилой дом нередко служил и мастерской. На дворе были и другие производственные помещения и хозяйственные постройки – хлев, конюшня, баня.

Запасы и готовую продукцию хранили в погребе и сарае.
      Характерна усадьба ремесленника, открытая в Москве, в Зарядье, в слоях конца XIV – начала XV. На Великую улицу выходил большой жилой дом-пятистенок, к которому примыкал с двух сторон частокол. Во дворе, позади дома, находились небольшая плавильная печь-домница, хозяйственная постройка (по-видимому, хлев) и колодец (Рабинович, 1964. 200 – 202). Хозяин занимался добыванием железа из руды и литьем бронзовых украшений.

Работал он на дворе возле горна и в доме.
      Другая усадьба, относящаяся к середине XV в., принадлежала сапожнику.

Она тоже была окружена частоколом; здесь открыты остатки жилого дома, погреба и рядом с погребом – остатки углубленного в землю рабочего помещения под навесом (Рабинович, 1964.

201).
      Внутренняя планировка дворов зависела от многих обстоятельств. В усадьбе феодала господский дом находился в глубине двора, а на улицу выходили глухие стены хозяйственных построек, тын ограды и ворота.

Такая планировка подсказывалась замкнутым характером хозяйства феодала; она обнаружена как в археологически изученных усадьбах XVI в., так и в сохранившихся планах усадеб XVII. В ней можно видеть корки традиционного плана застройки дворянских владений .XVIII. с почетным чистым двором перед домом, хозяйственным двором и садом позади.
      Для дворов ремесленников, купцов и приказных по мере развития рыночных отношений становилось все более типичным положение жилого дома в ближайшем к улице ряду построек.

Раскопки в Новгороде показали, что от этого, в общем, верного положения, имеются отклонения. Жилые дома на перекрестке Великой и Холопьей улиц располагались в XI – XVII вв. и вдоль улиц и в глубине участка.

Среди исследованных раскопками усадеб обнаружено владение бояр Жабиных, многие из которых были знаменитыми новгородскими посадниками. Чуни женские производство китай на этой территории каменный боярский дом как раз выходил на улицу (Колчин, 1956, чуни женские производство китай. 57 и ел.). Раскопки в Москве, в Зарядье, в районе улицы, которая также носила название Великой, чуни женские производство китай, что на усадьбе кожевника XII – XIII вв. жилой дом стоял в глубине двора; на усадьбе литейщика-ювелира XIV – XV вв.

он выходил на улицу; на усадьбе сапожника XV. стоял во дворе (Рабинович, 1964. 226 – 228).
      При выборе положения жилого дома имели значение и многие случайные обстоятельства, о которых мы сейчас можем лишь догадываться. Так, в мастерской литейщика естественно было домницу поместить во дворе, в чуни женские производство китай сапожника нахождение дома в глубине двора не мешало мастеру принимать заказчиков, так как его рабочее помещение (по крайней мере летом) было у самых ворот, под навесом.


      Говоря о планировке усадеб, нужно отметить еще одну деталь: колодцы зачастую располагались внутри усадьбы. Но уже в XV чуни женские производство китай. они обслуживали иногда несколько владений. Так, между двумя московскими усадьбами, сгоревшими при пожаре ., был оставлен узкий (менее шириной) проход, чуни женские производство китай котором находился колодец.

С обеих сторон в этот проход чуни женские производство китай сплошные частоколы заборов.
      Очевидно, и ремесленники имели небольшие огороды и фруктовые деревья, как об этом сообщают некоторые источники.
      Приведенные материалы показывают, что городские усадьбы XIII – XV вв.

представляли замкнутые хозяйственные единицы, содержавшие в чуни женские производство китай все необходимое для жизни и производства. Однако усадьбы ремесленников были более связаны и с соседскими усадьбами, и чуни женские производство китай городским рынком по всему укладу жизни своих владельцев.

По-видимому, не случайно, что именно в Новгороде чуни женские производство китай его чрезвычайно развитыми торговыми отношениями чуни женские производство китай боярский дом в XV. мог выходить на улицу.
     
      ЖИЛОЙ ДОМ
      Рассматриваемый нами второй этап чуни женские производство китай городов характеризуется господством наземных срубных домов.

Можно думать, что в восстанавливавшихся после монголо-татарского разорения городах строились в основном такие дома. Если во второй половине XIII. в городах юго-западной Руси еще встречались полуземлянки, то уже с XIV. и до конца изучаемого нами периода – XVIII – XIX вв.

– подавляющее большинство домов горожан были срубными. Жилой дом рубился из добротных (обычно сосновых или еловых) бревен имел подклет высотой на юге чаще всего в несколько венцов, а на севере выше (но не более ), служивший также для хранения продуктов имущества. На подклете располагалась жилая комната с печью.

В эту комнату поднимались обычно по наружной лестнице на несколько ступеней. Не все даже северные русские дома имели подклет. Иногда пол избы располагался ниже, почти на самой земле. В этих случаях избу утепляли, ставя ее на земляную подсыпку и приваливая к стенам снаружи землю. При сооружении сруба в нижнем его венце устраивали дополнительную конструкцию, выпуская за его пределы чуни женские производство китай бы еще один бревенчатый сруб; эти наружные бревна удерживали подсыпку (Спегальский, 1972.

34). Чаще земля, присыпанная к стенам снаружи, удерживалась досками (современная завалинка).
      Высокие крыши домов крыли тесом или, как показали раскопки в Новгороде и Москве, дубовой дранью (лемехом).

В Новгороде преобладали, по-видимому, дома на подклете; в Москве были и такие дома, избы с завалинкой; в Переяславле открыты дома без подклета с деревянным полом. В Белоозере и Ста-»рой Ладоге дом без подклета ставили чуни женские производство китай подсыпке из глины.

Срубы в XIII – XV вв. рубили еще исключительно в обло. Некоторые постройки опирались на своеобразный фундамент из горизонтально положенных обрезков бревен.

Их углы иногда •ставились на вертикально врытых в землю столбах (стульях) |или на камнях.
      Основой дома рядового горожанина по-прежнему являлась рубленная из бревен, примерно квадратная клеть, образовывавшая нередко единственную жилую комнату (от 3,5X3,5 до 6X6 м).


      Дальнейшее развитие жилого дома шло по линии увеличения числа помещений. Большую давность имеют, как уже сказано, цельнорубленные двухкамерные срубы, в которых капитальная бревенчатая пятая стена чуни женские производство китай дом на две части.

Функциональное назначение этих частей жилища зажиточных горожан до сих пор точно не выяснено. П. И. Засурцев, исследовавший их в Новгороде, высказал мнение, что большая камера, где обычно находят остатки печи, – изба в собственном смысле слова (истобка), а меньшая, где печь не прослеживается, – сени.

Возражая ему, Ю. П. Спегальский выдвинул иную гипотезу: помещение с печью – это повалуша, а без печи – подклет горницы – верхнего помещения, где устраивались теплые спальни, которые обогревались поднимавшимся из повалуши дымом (Засурцев, 1963. 52, 57; Засурцев, 1967. 59; Спе-гальский, 1972. 107 – 113). Нам представляется, что в этом споре Ю. П. Спегальский не прав. Его положение, чуни женские производство китай при этом «бревна верхней части сруба и его перекрытия можно уподобить нашим батареям центрального отопления» (с.

111), необоснованно с точки зрения элементарных физических законов*. Однако спорно и безоговорочное определение неотапливаемого помещения как сеней. В московском доме-пятистенке XIV – XV вв.

это была, скорее, «чистая» неотапливаемая светлица, в которую проходили с крыльца через избу с печью. Размеры избы и светлицы были в этом случае примерно одинаковы (Рабинович, 1964. 202).
      В Новгороде такие срубы преобладали уже в XI – XII вв., а позже их, кажется, стало меньше.

В XIII – XV вв. наряду с однокамерными и двухкамерными жилищами распространяются и трехкамерные постройки, обычно из двух срубов, соединенных сенями, но даже в Новгороде Великом они не составляют большинства построек.
      В других поселениях трехкамерные постройки редки, но все же встречаются. В чуни женские производство китай, трехкамерное жилище открыто в г.

Орешке (Гуссаковский, 1956. 14; Кирпичников, 1971. 28; Колчин, 1956). Видимо, жилища, состоящие из двух комнат (или жилой комнаты и кладовой – клети), соединенных сенями, распространились широко в русских городах и деревнях только в XVI – XVII вв., о чем речь будет ниже.
      _______________________
      * Теплопроводность и теплоемкость дерева весьма низки, что делает его хорошим теплоизолятором, но не позволяет уподобляться «батареям центрального отопления».


      _______________________
     
      ИНТЕРЬЕР
      В жилых комнатах и сенях пол настилали большей частью из толстых, тесанных топором деревянных досок, причем направление их обычно было от входа к противоположной стене помещения. В южнорусских жилищах мог быть и плотно утрамбованный земляной пол.

Потолок в чуни женские производство китай избе, чуни женские производство китай и в IX – XIII вв., обычно отсутствовал (Спегальский, 1972. 61-^90). В богатых городских домах потолок делали из брусьев или плах, опиравшихся на стену и центральную балку – матицу.

По некоторым данным, над потолком насыпали землю для сохранения тепла. Окна в домах с курной печью делали маленькие, волоковые, а в бедных домах и вовсе обходились без окон, экономя тепло (Спегальский, 1972. 61 – 90). В комнатах, где печь была с трубой или где жили только летом, можно было делать и чуни женские производство китай окна современного типа.

Массивные рамы этих окон закрывали пузырем, чуни женские производство китай, изредка стеклом, во дворцах даже цветным. Раньше, чем в других городах, оконные стекла появились в Новгороде и Москве – с XIV. (Колчин, 1957. 280; Засурцев, 1963. 43). Это была роскошь, доступная только очень богатым людям. Но и стекла того времени, не говоря уже о слюде или пузыре, чуни женские производство китай только свет и не позволяли ничего видеть на улице.


      Даже и в богатых домах, где печь была с трубой, а в окнах – слюда или стекло, большую часть суток нужно было пользоваться искусственным светом. Для освещения служила чаще всего лучина, пучки которой вставляли чуни женские производство китай специально откованные фигурные светцы. Такие светцы, приспособленные для вбивания в стену, часто находят при раскопках.

Иногда чуни женские производство китай масляные светильники – небольшие плошки с загнутыми вверх краями с кольцеобразной ручкой. В эти плошки, очевидно, опускали фитиль. Чуни женские производство китай побогаче могли позволить чуни женские производство китай такую роскошь, как сальные, а то и восковые свечи. Сохранившиеся металлические и глиняные подсвечники позволяют установить, что толщина свечей сильно колебалась (от 1 до в диаметре).


      Печь, служившая рядовому горожанину как для отопления, так и для чуни женские производство китай пищи, чуни женские производство китай по-прежнему обычно в чуни женские производство китай из углов.

Но в жилище начала XIV в., открытом в русском квартале г. Болгар, глинобитная печь стояла у противоположной входу стены, примерно по середине ее (Ефимова, Хованская, Калинин, Смирнов, 1947.

107 – 109). Подавляющее большинство печей были глинобитными, сводчатыми, с плоским подом; в начале рассматриваемого периода встречаются изредка каменки, а в чуни женские производство китай его – кирпичные печи. Печь ставилась на опечке, который чаще всего представлял четыре (реже – три или два) вертикально врытых в землю столба, и не была конструктивно связана со срубом избы.

В избах ремесленников печь не чуни женские производство китай трубы и дым выходил прямо в комнату, а оттуда – через дверь или окно на улицу. Могли быть и дымники, известные по поздним этнографическим материалам (см.: Бломквист, 1956.

120, чуни женские производство китай.
      Вход в избу был через порог: дверной проем прорубали не До низу, так что нижний венец предохранял от поддувания холодного ветра.

Дверь делали из толстых пластин дерева, соединенных деревянными брусьями или фигурной железной планкой – чуни женские производство китай вставляли дверь в обойму дверного проема на деревянных или железных шпеньках, а иногда и навешивали На железных петлях.

Положение входной двери и печи по-прежнему определяло всю внутреннюю планировку избы.
     
      ДВОРОВЫЕ ПОСТРОЙКИ
      Надворные постройки так же, как и жилые, были рубленными чуни женские производство китай бревен клетями.

Пол в хозяйственных постройках делали земляной или из неоструганных (а иногда и неошкуренных) тонких бревен и жердей.

В погребах из таких бревен нередко устраивали накат поверх подземной части погреба, которая имела обычно земляной пол. Иногда самый сруб погреба делали не из цельных бревен, а из расколотых на несколько частей. Выброшенную при рытье ямы землю присыпали снаружи к стенкам и чуни женские производство китай крышу погреба, как прежде устраивали полуземлянку. Встречаются и совсем маленькие погреба в виде врытой в землю бочки, выдолбленной целиком из большого пня (Рабинович, 1964.

250), или крупного чуни женские производство китай сосуда (Потапов, 1963. 149). Беднота, у которой не было больших запасов, могла обходиться и такими «погребами».

В зажиточных усадьбах погреб, если он стоял отдельно от дома, имел нередко еще напогребицу, служившую для хранения различного имущества.
      Бани были во многих севернорусских дворах. Их строили также из бревен, но иногда на постройку бань шли отходы от других строений. Так, в Москве, в Зарядье, была открыта баня, сгоревшая при большом пожаре. (Рабинович, 1964.

206 – 208). Ее венцы срублены из бревен неравной толщины, уже бывших ранее в какой-то другой постройке; пол устроен из тонких неотесанных жердей, неплотно прилегавших друг к другу для лучшего стока воды, как в современных деревенских банях. Такими жердями была выстлана земля перед срубом (возможно, чуни женские производство китай ними был навес); это можно объяснить известным обычаем выходить во время паренья из бани на свежий воздух.

Баня была невелика (3,60x3,80 м). Большую часть ее занимала глинобитная печь. Найденный возле бани обгорелый деревянный желоб позволяет предположить наличие водоотводных приспособлений, соединяющихся с чуни женские производство китай из более крупных водостоков.

В бане были, по всей вероятности, как и в более поздние времена, жбаны с водой, деревянные ушаты и ковши.
      Наружный забор, окружавший усадьбу, представлял частокол чуни женские производство китай бревен диаметром 15 – ; но были и менее мощные заборы, отделявшие друг от друга отдельные участки усадьбы.

Так, часто появлялась чуни женские производство китай отделить чистый, передний двор от хозяйственного двора, защитить огород и сад от домашней птицы и т. п. При раскопках открыты и такие внутренние заборы различных конструкций. Это были маленькие частоколы из вертикально вбитых тонких жердей, горизонтальные плетни обычного типа, заборы из горизонтальных слег, опирающихся на стойки, какие встречаются и в современной деревне. В заборах имелись калитки и ворота. Часть дощатой калитки встречена при раскопках в Новгороде.

От ворот обычно сохраняются только остатки верей – толстых вертикальных столбов, на которые навешивали ворота. Самих полотнищ ворот пока не найдено, но находки толстых гвоздей с большими орнаментированными шляпками позволяют предположить, что ворота украшали такими гвоздями, вбитыми узором. Вереи зачастую богато украшались резьбой. Найденные в Новгороде великолепные резные колонны могли быть как опорой сеней, так и вереями. Над воротами обязательно делали легкую кровлю (Засурцев, 1963.

46).
     
      БОГАТЫЕ ДОМА
чуни женские производство китай Дома феодальной знати и других богатых людей, как и раньше, представляли собой большие, рубленные из дерева постройки, всегда из нескольких срубов, а по высоте – в несколько этажей. Хоромы обычно строили теперь в три этажа: нижний – нежилой подклет, второй, где, собственно, и располагались основные помещения – как жилые, так и парадные, и третий, куда выходили лишь светлицы и терема со своеобразными площадками – гульбищами – вокруг них (Забелин, 1918.

25 – 28). Указания письменных источников позволяют заключить, что дворцы в XIII – XV вв. были примерно такими же, как и в более чуни женские производство китай период. Они включали множество комнат, находившихся в разных этажах и служивших как для личного обихода, так и для парадных приемов, пиров и увеселений. В личном пользовании феодала находилось обычно несколько комнат, из которых главной была по-прежнему теплая изба. Летописи XV. указывают среди княжеских слуг истопника – истобничишко (ПСРЛ, XXV.

269).
      Из парадных помещений известна горница. Таких горниц и повалуш в княжеском дворце, по-видимому, было несколько, так как упомянутая в. княжеская горница названа «средней» (ПСРЛ, XXV. 325). Неоднократно упомянутые в источниках повалуши представляли, по-видимому, как и позже, высокие башнеобразные постройки в несколько этажей. В повалу-шах могли помещаться и парадные, украшенные росписью горницы.

Эта постройка была аналогична более раннему терему.
чуни женские производство китай В XIV. слово «сени» (в применении к дворцовым постройкам) обозначало еще, чуни женские производство китай и раньше, крытую галерею верхнего этажа, а не прихожую (в этом значении оно встречается позднее). Летописец, повествуя о восстании в Твери против татарского баскака Чолхана в ., сообщает, что побежденный в сражении тверичами Чолхан «побеже на сени.

Князь же Александр зажьже сени отца своего и двор весь, и загоре Шолкан и со прочими татары.» (ПСРЛ, XXV. 168). Во дворцах упоминаются и пиршественные залы с дубовыми столами (в летнее время столы могли стоять и на сенях), и личные комнаты (ложни-Ца – спальня князя, особые сени княгини, где она сидела со своей свитой) (ПКБ. 169 – 170).
      По-прежнему дворец увенчивался богато чуни женские производство китай теремом.

Когда в чуни женские производство китай. из Московского Кремля выступила рать на борьбу с монголо-татарами, жена князя Дмитрия Ивановича долго провожала ее глазами, сидя «в златоверхом тереме своем» на рундуке возле «стекольчатого окна», выходившего на юг (ПКБ. 55) (возможно, что в тереме были и другие окна, выходившие на другие стороны света).

Терем этот, наверное, был довольно обширным, так как княгиня поместилась в нем со всей свитой.
      Иногда в источниках упоминаются светлицы – как видно из самого названия, специальные светлые помещения, предназначенные для женских тонких работ: вышивания, художественного тканья иных рукоделий. И. Е. Забелин полагал, что светлица в отличие от других помещений, имевших окна только на одной стене, располагалась так, чтобы окна были в трех, а то и в четырех стенах (Забелин, 1918.

30).
      Нижний этаж богатых хором – подклет – большей частью служил, как и в домах простонародья, для разных хозяйственных нужд. Вероятно, там не было помещений для приготовления пищи, которые вообще ставили отдельно от барских хором, чтобы уменьшить опасность пожара, хотя и это плохо помогало при тогдашней тесной застройке.

Летопись под. сообщает о пожаре в Москве, который возник потому, что «под стеною градною», т. е. вне дворца, помещались поварни (ПСРЛ, т. XXV. 326). В Новгороде, должно быть из тех же соображений, архиепископ Евфимий построил себе в. каменные поварни (НПЛ. 423).
      Дворцовые помещения воздвигали по мере надобности в разные сроки, поэтому дворцы русской знати, как и повсюду в то время – в Европе и на Востоке, не были построены по какому-то единому, заранее продуманному плану.

Каждую новую «палату» пристраивали к другим там, где находили нужным, и либо соединяли с ними переходом или дверью, либо делали отдельный вход с наружной или внутренней лестницей.
      В XV. крупные феодальные сеньоры стали строить себе каменные палаты, которые поначалу включали в общий комплекс с остальными деревянными помещениями дворца. Пожалуй, больше всего таких зданий известно в Великом Новгороде. При строительных работах там обнаружили остатки нескольких каменных домов XV – XVI вв.

(Засурцев, 1963. 68 – 69), по-видимому принадлежавших крупным боярским фамилиям. Один каменный дом, открытый раскопками А. В. Арциховского, несомненно, принадлежал новгородскому посаднику Юрию Онцифоровичу Жабину. Он был построен в начале XV. и просуществовал почти 100 лет – до конца XV – начала XVI. От дома сохранился мощный фундамент, заложенный на глубину почти.

По остаткам здания о нем можно судить лишь в общих чертах. Каменная палата имела большую по тем временам площадь (более – 9-5x7,5 м). Она стояла на высоком нежилом каменном подклете, разгороженном каменной перегородкой на две части. В нем, вероятно, хранилось какое-то ценное имущество (Засурцев, 1963. 70). К дому примыкало крыльцо, покоившееся на толстых деревянных столбах. Через него можно было попасть и в подклет и в жилой второй этаж, вдоль которого шли деревянные сени, шириной околотакже опиравшиеся на столбы.

Возможно, что дом имел еще и третий этаж.
      На этой же усадьбе был построен примерно в 20-е годы XV. и небольшой каменный погреб (6,5X6,5 м) (Засурцев, 1972. 257 – 259).
      Другое каменное здание, которое исследователи считают принадлежащим потомкам наместника Двинской земли Феликса, было расположено на Торговой стороне Новгорода, на Ильинской улице, неподалеку от церкви Спаса на Ильине.

Этот дом был во многом похож на дом Юрия Онцифоровича, лишь несколько превосходя его по площади (10,4X8,2 м), но имел не деревянное, а каменное крыльцо (Засурцев, 1972. 259 – 260). Его построили также в начале XV. Наконец, на Готском дворе в Новгороде в XV. имелась небольшая каменная башня, входившая в один строительный комплекс с деревянным амбаром (Засурцев, 1972.

261 – 263).
      Каменные палаты в середине XV. стали строить и духовные иерархи. Так, в. новгородский архиепископ Евфимий построил «комнату каменну в своем дворе» (НПЛ. 423). В Москве лишь через восемь лет, в чуни женские производство китай, «митрополит Иона заложил на своем дворе полату каменну» (ПСРЛ, т. XXV. 271). Это была, однако, не жилая, а трапезная палата. Позднее упоминаются каменные палаты купца Тарокана у Фроловских ворот Московского Кремля.

Представление о характере каменных палат в деревянных дворцах дают сохранившиеся до наших дней каменные части дворцов конца XV. (Угличский дворец и Грановитая палата Московского дворца).
      Каменные здания строили также на подклетах, и основные помещения находились, таким образом, на уровне остальных Дворцовых построек, с которыми соединялись площадками или переходами. Нижние этажи-подклеты этих каменных зданий также использовали для хозяйственных чуни женские производство китай, а сами палаты, по всей вероятности, были залами для парадных приемов, как это достоверно известно о Грановитой палате.

Для жилья долгое время предпочитали более здоровые деревянные помещения.
      При чуни женские производство китай каменных палат использовался солидный опыт сооружения каменных церквей, оборонительных стен и башен (конструкция фундаментов, техника кладки и пр.). Строили одни и те же мастера. Чуни женские производство китай постройки в XV. шел естественный камень – известняк. Брали обычно тот его сорт, который имелся поблизости: в Новгороде – розовый ракушечник, в Москве – «белый камень» из Мячкова или Дорогомилова.

В Москве со второй половины XV. вошел в употребление и кирпич.

Источник: http://www.rusarch.ru/rabinovich4.htm