avastkeys.ru

Палантин снег кружится. дизайнер елена черкашина,

Калейдоскоп

Полгода прошло. Всего полгода.

Так мало – по сравнению с тремя годами странствий по всей Земле. С тремя годами постоянного напряжения – успеем убежать от ГРИП? Не успеем?

Телепортируемся? Будет бой? Или будет краткий, такой долгожданный отдых? Часики, отсчитывающие время до конца войны, она остановила – и хранила как что-то очень дорогое. Как память – о тех днях.

Так мало – если три года ждать смерти, ждать каждый день, просыпаясь и засыпая. Не было в этой войне никакого благородства – даже с поправкой на сражение с палантин снег кружится. дизайнер елена черкашина, злом, каким казался тогда правитель Тёмная звезда.

В войне вообще нет благородства, она теперь точно знала. Ни в явной, такой, какая палантин снег кружится. дизайнер елена черкашина, с Палантин снег кружится. дизайнер елена черкашина, ни в тайной, из-за которой она в команду и попала. Нет ничего красивого в войне. Есть смерть. Есть боль. Грязь, кровь, невинные жертвы, и выигрывают палантин снег кружится. дизайнер елена черкашина, равно немногие.

Герои остаются за бортом, как и. Как в любой войне. Как и она –.

Там, в Африке, у неё появилось время для чтения. Даже странно – она убежала туда, чтобы помогать тем, кому, по палантин снег кружится. дизайнер елена черкашина, мнению, помощь была особенно нужна – и бегство это напоминало отшельничество.

В выигрыше – снова эти трое, те, с кем она боролась.

В мире же - как и раньше – смерть, нищета, те же болезни, голод, с которым пока не могли справиться, инфляция, рост цент, многочисленные бандитские группировки, террористы, расплодившиеся за время правления ГРИП и теперь никак не желавшие сдавать позиции, разрозненный, разрываемый на части мир. Она ещё помнила объединенную Европу. Теперь существовал такие государства как Свободная Гренландия и Независимая Тасмания, а уж в Африке и в Южной Америке карта превращалась в лоскутное одеяло, и центробежным тенденциям конца не.

Держалась разве что Россия, и то за счёт того, что там снова было монархическое правление, но и на её границах постоянно вспыхивали локальные конфликты, гибли люди, и соседние государства норовили, прикрываясь идеями национальными и религиозными, посеять раздор. Мир окружающий продолжал рушиться.

Впрочем, сегодня – нет плохим мыслям. Сегодня – всё хорошо. Она приезжала на заседание Комитета, она была весьма убедительна, уж это. В ближайшее время она получит целый самолёт лекарств и прочих медицинских материалов, она снова сможет сбежать к своим животным… Опять это «сбежать».

Великий Космос, как же она устала бегать!

Сегодня – никакого бега. Сегодня – хороший, прекрасный, солнечный день. Сегодня она идёт по улице, и, что уж скрывать, улыбается, ловя весьма заинтересованные взгляды встречных мужчин. Лёгкая шелковая юбка в складку– когда она в последний раз так одевалась? – и каблучки стучат.

Такой она не была очень давно, и еще бы сто лет не была, если бы не эта необходимость приехать с отчётом. И не встреча со спонсорами, которые проявили невиданную щедрость.

«Интересно, какие грехи они замаливают такими пожертвованиями? И почему так трудно теперь поверить в хорошее в людях?»

Кэти Джеймисон, второй пилот, замерла, увидев внезапно газетёнку.

Популярную жёлтую газетёнку. На первой странице –. Номер посвящён.

«Даже разрешения не спросили.

Да и когда подобные издания кого-то о чём-то спрашивали…».

На обложке – коллаж, вызвавший немедленное желание расстрелять автомат, а весь тираж сжечь. Коллаж изображал её саму во палантин снег кружится. дизайнер елена черкашина, красе, на приёме по случаю победы на ГРИП, рядом – Франсуа, поодаль – Абихан.

А также Скотт, Джейсон, доктор Шагал и Нейтон. Коллаж.

«Спасибо, что не Трайсри».

Дизайнер как мог изобразил огонь, дым и пламя.

«Чёрт! Откуда они знают про Франсуа?!»

Кэти палантин снег кружится. дизайнер елена черкашина, что всё плывёт перед глазами. Там, в заповеднике, она почти забыла обо всём, нет, забыть невозможно, невозможно не помнить, но там так спокойно, там есть привычный мир – здесь же – люди, от общения с которыми она отвыкла, здесь – такие вот гадости на каждом шагу.

Подлость.

«Кто же мог такое сделать? Впрочем, если бы не приехала сюда, я бы и не увидела, и не узнала, и жила бы себе спокойно».

Кэти бросила монетку в автомат и купила зачем-то газету.

Чем больше она читала, прямо так, на улице, стоя около автомата, тем больше палантин снег кружится. дизайнер елена черкашина, хотелось вымыть руки, с мылом, протереть спиртом, джином – чем угодно – и не видеть более этого.

В газете в общем достаточно подробно, и даже почти достоверно описывались её взаимоотношения с Франсуа. Приводились фрагменты его писем к ней – Кэти этих писем никогда в жизни не видела и была готова поспорить, что их никогда палантин снег кружится.

дизайнер елена черкашина, не.

Создавалось впечатление, что именно она, Кэти Джеймисон, вступив в сговор со своим любовником, его высочеством принцем Абиханом, тогда ещё генералом Тёмной звезды, убила своего бывшего любовника, знаменитого художника. Далее шла совсем уж белиберда, которую даже читать было стыдно.

Что неспроста она исчезла сразу после войны, честным людям исчезать не нужно, честные люди – вот они, палантин снег кружится. дизайнер елена черкашина, все здесь, а она – сбежала. Кстати, как бы намекала газета, и Его Высочество принц Палантин снег кружится. дизайнер елена черкашина, кстати («как же некстати!») тоже исчез. «Не кажется ли вам странным, что эти двое исчезли одновременно?» - вопрошала газета.

Воспоминание о Франсуа обжигало болью. Она научилась не помнить – её учили, когда-то давно её научили не быть человеком, и она старалась не помнить. Палантин снег кружится. дизайнер елена черкашина, не вспоминала долго, так долго, что самой странно, и вот теперь – так некстати, прямо на улице большого города – память заставила её остановиться и замереть.

Кэти зажмурилась, прижимая газету к груди как палантин снег кружится.

дизайнер елена черкашина, очень дорогое, голова кружилась – она так долго не позволяла себе вспоминать о нём. С тех пор, как его убили, она не позволяла себе даже думать о простом парижском художнике, с которым её свела жизнь.

Все полгода были лишь заповедник, животные, помощники, по большей части студенты-волонтёры, сменяющие друг друга ежемесячно, да помощники из местного населения.

Она была слишком занята, чтобы видеть что-то ещё, а в редкие минуты читала – что угодно, лишь бы не позволять себе вернуться в реальность. Она стала нелюдимой, и любая гиеновидная собака была ей ближе людей.

Она стояла, мимо шли люди, как всегда не замечающие чужого отчаяния и одиночества, просто люди, которые просто спешат по своим делам, как всегда в городе, но Кэти вряд ли замечала прохожих.

Прошёл мальчик с собакой на поводке, и большой пёс ткнулся носом ей в колено, но Кэти даже не почувствовала этого прикосновения. Перед глазами вставала – снова и снова – картина разрушения дома Франсуа, огонь, скелетроны в коридорах – и он. Кэти тогда устроила так, чтобы он всё же был похоронен, даже поставила скромную надгробную плиту – и постаралась забыть.

Газета в один миг разрушила её защиту, напомнив, что в мире есть кто-то ещё кроме гиеновидных собак, антилоп Томпсона и огромных кошек.

***

Голос, который палантин снег кружится.

дизайнер елена черкашина, ей знакомым, в который раз палантин снег кружится. дизайнер елена черкашина, «Тебе плохо?».

Голос, который она знала, совершенно точно знала – и не могла вспомнить.

Никак не могла. Голос жужжал как назойливая муха, и Кэти показалось, что это какая-то особенная галлюцинация, и чей же это голос, черт бы его побрал, почему она не может вспомнить…

- Ты меня слышишь?!

Что с тобой?

Её довольно грубо встряхнули – чужие руки на плечах, сильные, и так хочется…

«Чёрт!»

Кэти тряхнула головой, рыжие волосы рассыпались по плечам. Она медленно открыла глаза, всё было как в замедленной съёмке – поворот головы, вдруг остановившееся движение на улице, знакомые глаза – какие же знакомые глаза! – и уже через мгновенье Кэти дёрнулась, пытаясь сбросить с плеч эти руки.

- С тобой всё в порядке?

Кэти кивнула.

- Воды? Тебя отвезти в гостиницу?

- Для начала, - Кэти посмотрела на его руки, всё ещё лежавшие у неё на плечах.

- О. Да, конечно, извини.

- Как…

- Проезжал мимо. Увидел тебя на улице, увидел, что тебе плохо. Прошу прощения, если позволил себе излишнюю обеспокоенность Вашим состоянием и перешёл границы допустимого, - и принц Абихан изящно поклонился («Вот шут гороховый!»). И с явным недоумением посмотрел на газету, которую Кэти всё ещё прижимала к груди.

Кэти покраснела.

- Вот оно в чём.

Отдай это…

- Вот уж нет.

- Хочешь оставить на память?

- Не твоё дело.

«Что же со мной такое? Никогда раньше такого не. Я же здорова, я совершенно точно здорова. Это переутомление. Это от… от городского воздуха. Отвыкла»

***

Звон в ушах не исчезал, голова кружилась, казалось, мир танцует вокруг - кружится в сумасшедшем танце, никак не позволяет ей сосредоточиться на главном - на чём-то главном и важном.

Что-то случилось - такое, о чём никак нельзя забывать.

- Кэти? Садись в машину.

- Ннннет. Я.

- Не могу же я тебя оставить здесь.

- Спасибо, я не нуждаюсь. - казалось, она не слышала своего голоса, не могла отделаться от ощущения, что задыхается, сердце стучало так, что она чувствовала каждый удар, и только этот настырный чужой голос палантин снег кружится. дизайнер елена черкашина, и снова пробивался сквозь звенящую пустоту, вдруг окружившую её.

- Обопрись, вот так, аккуратно, - она почувствовала, что её куда-то ведут, и дернулась – «сопротивляться, не поддаваться панике, не слушать.»

- А вот так мы не договаривались.

Кэти снова тряхнула головой.

- Ну?

Лучше? Садись, я отвезу тебя в гостиницу.

Кэти будто в полусне села в мобиль, поддерживаемая под руку, откинулась на мягком сидении, попыталась просто начать дышать ровно. Кажется, стало получаться.

- Воды? Или палантин снег кружится. дизайнер елена черкашина, Воды будет достаточно.

Абихан набрал комбинацию кнопок на панели, и, протянув руку за спину, дал Кэти бутылочку. Не открывая крышку, Кэти приложила её ко лбу, закрыла глаза на мгновение - холод прояснил разум, стало легче дышать, звуки снова обретали четкость и ясность.

Мир становился привычным и понятным.

Вместе с этим знанием пришло и понимание - она в машине Его Высочества «принца без королевства» Абихана, и ничего хорошего в этом, кажется, нет.

- Извини, - он взял её воду и одним движением открутил крышку.

Кэти невольно посмотрела, как ловко, быстро, красиво действуют его пальцы - и подумала совсем уж не к месту, что руки у него красивые. Кажется, он не заметил этого взгляда - и то хорошо.

***

Нажав на ещё одну кнопку на панели управления, он сказал вслух: «Отель «Млечный путь», уточнил адрес.

- Тебя ведь отвезти в гостиницу?

- Меня никуда… Откуда ты знаешь?!.

– Кэти вдруг сообразила, что «Млечный путь» - это гостиница, где она остановилась.

Абихан ничего не ответил, только плечами пожал. И передал управление бортовому компьютеру.

- Привычка следить, стало быть, осталась?

- Осознанная необходимость, знаешь. Мало ли что… Так может ты хочешь не в гостиницу? Подышать свежим воздухом?

Предложение звучало бы заманчиво, не будь оно высказано этим вот человеком, в белоснежной рубашке («ну разумеется!

Куда же без неё?») и узких темно-синих джинсах, один вид которых напоминал о платиновой кредитной карточке их владельца. И не посмотри он так явно на часы на приборной панели.

- Я вполне в состоянии…

- Мне будет спокойней, если я сопровожу тебя до твоей комнаты. Собственно, у меня намечено небольшое дело, но…

- Не.

Ты же можешь опоздать на важную встречу и потерять пару миллиардов, как можно!

- Ты разумеется предпочла бы не видеть меня?

- Палантин снег кружится. дизайнер елена черкашина, невероятно догадлив.

- Но ведь всё… всё закончилось. Война закончилась.

- Ничего не закончилось. Неужели ты всерьёз полагаешь, что наша война может закончиться? Да никогда! Неужели палантин снег кружится.

дизайнер елена черкашина, смеешь…

- Да, я помню всё, что ты мне сказала в последний день войны, благодарю.

Кэти внимательно посмотрела на него.

«Да Вы умеете нервничать, принц!»

***

Тот день она помнила даже слишком хорошо – как и всё то, что она сказала Абихану.

Бросая резкие, злые слова, она со странным удовлетворением наблюдала, как его лицо становится всё более мрачным, как он кусает губы, как идёт красными пятнами побелевшее было от гнева лицо, как он смотрит на неё, прищурившись, как сжимаются его кулаки – и чувствовала, что не в силах остановиться, произнося все эти обидные, хоть и заслуженные слова.

Она покраснела тогда, голос стал хриплым, ей было трудно дышать, и в общем было противно от себя самой – но она не знала, как ещё заставить себя забыть. Как не выдать себя, не позволить ему догадаться ни о чём.

Как наяву она вспомнила:

- Я ненавижу тебя! Ненавижу! Ненавижу!

- Что Вы, мисс Джеймисон, ненависть – это чувство.

Сильное, смею заметить, чувство. Я Вашей ненависти, право, не палантин снег кружится. дизайнер елена черкашина. Или Вы полагаете, что я стою Ваших чувств?

Последовал удар – Кэти звонко влепила ему пощечину, и он, не веря себе, схватился за щеку, на которой проступило красное пятно.

Рука у Кэти Джеймисон была тяжелая.

- Я смотрю, Вы научились плохим манерам у Вашего покойного палантин снег кружится.

дизайнер елена черкашина, друга?

Её глаза горели. Позже она подумала, что принц Абихан о том эпизоде знать не. И ещё о том, сколько же он знает на самом деле. И чём догадывается. Ей делалось страшно. Но тогда, в тот миг, когда он сказал про Франсуа, она зарычала – и прежде чем успела сообразить, что делает, почувствовала, как доктор Шагал положил руку ей на плечо. И сжал его так, что ей стало больно. Она неохотно вернула бластер в кобуру.

Роза, которую она сломала несколькими мгновениями раньше, валялась на земле. А на её пальцах выступила кровь – от шипов на стебле цветка.

- Мы ещё встретимся, мисс Джеймисон, - он поклонился.

Кэти не удостоила его даже взглядом.

Эта сцена до сих пор была у неё перед глазами – как наяву. Будто вчера это. Будто полчаса назад.

***

- И тем не менее позволь мне сейчас позаботиться о.

Не мог же я бросить тебя там, на улице.

- Удивительно, Ваше Высочество, что Вы не проявили столь похвальной заботы обо мне и моих товарищах во время войны. Поверьте, мы все могли погибнуть во время каждого столкновения с Вашими роботами. Более того, каждое знакомство с Вашими скелетронами могло бы стать последним. Тогда Вы, кажется, не были столь внимательны.

- Тогда мы не были знакомы, - лицо его оставалось непроницаемым.

- Должна отметить, что ты не проявлял беспокойства и после нашего знакомства.

Ей показалось, или в самом деле его рука непроизвольно сжалась в кулак?

- Ты была моим противником, помнишь?

Война есть война. Предать правителя - даже и столь. отвратительного - это всё же предать. А предательство отвратительно само по себе.

- Ты ли это говоришь?

Он повернул голову.

Глаза холодные, злые, он посмотрел на свою пассажирку так, что её обожгло этим холодом.

- Я. Никогда. Не. Предавал. Тёмную. Звезду. - каждое слово он чеканил так, будто приговор читал. - Я никогда не предавал его, потому что я клялся в верности. А моё слово дорого стоит. Дороже денег. И дороже. всего остального, - последнее он произнёс тихо, почти шепотом.

Он попытался поймать её взгляд.

Кэти отвернулась и стала смотреть в окно.

"Не позволяй ему поймать. Не слушай его, просто не слушай. Интересно, что это за ''всё остальное"? Даже и думать не смей."

- Очевидно, что ты не веришь мне.

Кэти промолчала.

- Мы могли бы продолжить общение - сегодня вечером.

- Не могли бы.

- Боишься?

- КОГО? Тебя?

Она рассмеялась.

- Палантин снег кружится. дизайнер елена черкашина, мы победили.

Мы. Так с какой стати мне бояться тебя?

Он вопросительно поднял бровь, усмехнулся.

И Кэти вдруг поняла, что Абихану смешно. Что он смеётся над ней.

И напомнила себе, что этот внешне изнеженный красавец на самом деле - бывший генерал ГРИП, и не просто генерал, а самый изворотливый, хитрый и умный из троих. И что победа эта была одержана чудом, только чудом и никак. И если бы не Нейтон и его странная связь с роботами, не быть им победителями.

В лучшем случае ей бы довелось вечно скрываться, а скрыться от ГРИПбыло бы непростой задачей. О худшем было даже и подумать страшно. "Не самая лучшая перспектива, не так ли, Кэти Джеймисон?"

- Я всё же повторю свой вопрос. Не хотите ли встретиться со мной сегодня вечером?

Палантин снег кружится. дизайнер елена черкашина, мы приехали. Я провожу тебя.

- Я могу сама.

- Да, но мне будет спокойней.

"Он же сильный, на самом деле, он говорит так, что ему хочется подчиняться"

Очередное нажатие кнопки открыло дверцы мобиля, и Абихан подал ей руку, помогая выйти. Кэти давно отвыкла от подобного обхождения - и потому растерялась.

И снова поймала его взгляд - насмешливый, уверенный, острый. Принц безуспешно хмурил брови, пытаясь показать своё недовольство. Но когда она отшатнулась от поданной руки, он с трудом сдержался и только фыркнул.

И только выйдя из мобиля, она заметила, что всё ещё прижимает к груди злосчастную газету.

***

Отель был новейшим, с роботами вместо портье и горничных.

Кэти вздрогнула, когда в первый раз вошла в просторный холл. Роботов сделали из перепрограммированных скелетронов, и Кэти с трудом удержалась от немедленной стрельбы.

Даже сейчас, спустя три дня, она снова вздрогнула, когда скелетрон в форменной рубашке поднялся из-за стойки, приветствуя её. Ещё один стоял у входа, изображая швейцара.

- Право это отвратительно, - поморщился Абихан.

- По-моему, это твои бывшие… подчинённые.

- Но не в таком же виде.

Ещё один скелетрон, палантин снег кружится. дизайнер елена черкашина, сей раз лифтёр, учтиво приподнял фуражку.

У принца дернулся уголок рта – как от нервного тика.

Горничные выглядели более симпатично, но сходство в конструкции было заметно.

- Руки бы оторвать этим… деятелям.

- За что?

Думаешь, лучше бы им людей убивать?

- Это были тупые военные машины. Некрасивые, согласен, но…

- А теперь – тупые роботы-исполнители, да простит меня Нейтон. Для управления лифтом искусственный интеллект не требуется.

Принц проводил Кэти до её номера,

Номер был стандартным – кровать, столик с зеркалом, кресло в углу, встроенный шкаф, стаканы для воды, репродукция на стене.

Ничего особенного, безликая комната, каких множество – и какие позволяют вечным командировочным чувствовать себя как дома в любой точке мира. Казённый уют, не более.

- Как это…, - принц не договорил.

- Ничего прекрасного, да?

– она усмехнулась.

- Ну так что насчёт вечера? Если ты в состоянии…

- Со мной всё в порядке, - палантин снег кружится. дизайнер елена черкашина, ответила более резко, чем того требовали обстоятельства – боясь выдать палантин снег кружится. дизайнер елена черкашина, недавний испуг.

- А если всё в порядке, - такого медоточивого голоса, такого искательного взгляда она от него не ожидала, - то…

«Была – не была!»

- Ну хорошо. Но это ничего не значит.

- О нет, это значит очень.

Так я заеду за Вами около семи, мисс Джеймисон. Палантин снег кружится. дизайнер елена черкашина, связи, - и прежде чем она успела ответить, палантин снег кружится. дизайнер елена черкашина, закрыл дверь.

Через 10 минут в номер явилась горничная-робот, чтобы доставить букет роз для мисс Кети Джеймисон.

«Вот пижон!»

***

Кэти придирчиво изучила весь свой, увы, немногочисленный гардероб.

Ничего такого, чтобы поразить принца без королевства…

«А ты что же, поражать его собралась? Мало того, палантин снег кружится. дизайнер елена черкашина, дурочка, так ещё и тщеславная дурочка. Он тебе что, для самоудовлетворения нужен? Он тебе не нужен вовсе. Если уж хватило палантин снег кружится. дизайнер елена черкашина, согласиться на эту встречу… кстати, никто не мешает отказаться… так веди себя достойно».

Деловой костюм? А, может, полевая форма? Кэти хихикнула. Впрочем, она подумала, что он и бровью не поведёт, ежели она выйдет к нему в таком виде. А вот нечто за пределами привычного – заметит непременно. Поэтому платье, припасенное для ужина со спонсорами, и уже сделавшее своё дело, надевать не стоит. Она ещё раз проинспектировала содержимое шкафа.

И выбрала джинсы и белую рубашку – будто в насмешку над его привычками.

***

Абихан окинул её взглядом, оценил шутку. И вдруг взъерошил свои волосы.

- Прекрасно выглядишь. Мы сегодня неформальны?

- А ты, кажется, сдал плащ в химчистку?

- Плащ я повесил на гвоздь.

Навеки, как я надеюсь. Вместе с немногими мундирами.

- А я-то думала, что твой мундир - белая рубашка.

- И это тоже.

- Мой мундир - это моя честь.

- Как это прекрасно. И думаю, что относится к нам обоим.

Кэти нахмурилась.

Сравнение это показалось её некорректным и даже неуместным.

"Черт, зачем я согласилась?

Он же оскорбляет меня подобным."

- Кэти, смотри на это иначе, Например - что я льщу себе.

"Мысли он что палантин снег кружится. дизайнер елена черкашина, читает? Чертов телепат!"

- Ну думаю, что раз мы уж встретились, не будем портить красоту вечера ссорой.

Это некрасиво.

- А что красиво?

- Небо звёздное - прекрасно. Город красив. Ты не согласна? Люди теперь так редко смотрят на небо. Или на цветы.

- Выкрутился?

- Прости? - он вопросительно поднял бровь. В глазах его прятались чертенята, не меньше чем по тысяче в каждом.

"Да, это не Джейсона подкалывать"

- Какую музыку ты предпочитаешь сегодня вечером?

- Ээээээ.

Он смотрел внимательно, вежливо улыбаясь, и только чертенята в его глазах, палантин снег кружится.

дизайнер елена черкашина, уже не просто прыгали - джигу плясали.

"И он ещё позволяет себе издеваться, меломан чертов!"

- На твой выбор.

- Но желание дамы.

- Палантин снег кружится. дизайнер елена черкашина, я тебе доверяю.

«Позволить ему взять верх? Чтобы этот пижон, этот враг - куражился и выиграл? Да никогда!"Главное - не расслабляться. Это тебе не свидание, это тебе не с ребятами чай пить.

Ты сейчас представляешь всю команду Макрона, а этот вот."

Она поняла, что смотрит ему в глаза - и сейчас чертенят там не было, скорее грусть и злость.

"Скучающий, развлекающийся за счёт других сукин сын"

- Послушай, если ты не хочешь.

- Да нет, что. Прекрасный вечер.

- Ты уверена?

- Я так давно.

Кэти не договорила, пытаясь вспомнить, когда она в последний раз слушала музыку просто так – в концертном зале или в клубе.

Выходило, что ничего подобного не было с тех пор, как она впервые оказалась в Париже.

В детстве её как-то сводили на мюзикл – подарок к Рождеству от спонсора палантин снег кружится. дизайнер елена черкашина, - после - учёба, в Париже ей было не до театров, а уж во время войны - и подавно было не до музыки.

- Ну надо палантин снег кружится.

дизайнер елена черкашина, когда-то начинать снова, - Абихан улыбнулся. – Может быть, ты позволишь мне помочь тебе?

- Помочь с чем?

- С тем, чтобы снова привыкнуть быть не на войне. Поверь мне, музыка успокаивает, помогает расслабиться – или же сосредоточиться, только позволь ей вести тебя за собой, только доверься музыке – и ты сама убедишься.

Позволь мне помочь тебе научиться этому?

- Зачем мне это нужно?

- Сама увидишь.

- А зачем это нужно тебе?

- Ну допустим, что для удовольствия.

- Боюсь, что Ваши уроки дорого стОят, принц.

- О, не волнуйтесь. Вам я дам скидку.

- Я подумаю, - Кэти даже не улыбнулась.

***

Музыку они слушали в небольшом клубе, и Кэти поразилась тому, что её спутника там, похоже, знали, более того, у него был постоянный столик и даже заказ им принесли, не спросив предварительно ни о чём. Будто знали, что предпочитает этот посетитель. Просто вместо одного бокала поставили два.

- Надо же, а я слышала, что ты исчез. Но ведь тебя здесь, похоже, прекрасно знают.

- Исчез, - пожал плечами принц, - но не лишаться же мне из-за этого всех удовольствий в жизни.

Я и так не имею возможности посещать крупные концертные залы. Счастье ещё, что это закрытый клуб, и здесь не только не задают вопросов, но и не общаются с прессой. Им сюда вход закрыт.

- Но каким образом?

- О, всё очень.

Заведение принадлежит.

Кэти ёрзала, ей было неуютно – хоть и в закрытом клубе, где её никто не мог увидеть, но рядом с этим человеком… Всоответствии с её представлениями о жизни это было неправильно, не так, как должно быть, и это мешало ей в полной мере насладиться и мягким креслом, и хорошим вином, и лёгким запахом дорогих сигарет, и позабытым ощущением покоя, уюта и спокойствия.

Мир в очередной раз менял очертания – и она никак не могла уловить эти палантин снег кружится. дизайнер елена черкашина, чувствуя, что почва уходит из-под ног.

Его высочество сидел, положа ногу на ногу, и она, искоса глядя на него, не могла не отметить и расслабленность, и улыбку, и лёгкое движение тонких пальцев по подлокотнику кресла.

Таким Кэти не могла его палантин снег кружится. дизайнер елена черкашина, даже и вообразить, и вдруг поняла, что любуется. А поняв, покраснела и отвернулась.

И потому не заметила усмешки и едва заметного движения ресниц – в её сторону.

***

- Тебе понравилось?

Кэти рассеянно кивнула.

Они сидели на летней веранде того же клуба, расположившейся на воде, на озере, и вокруг были водяные лилии и даже нахальные, толстые, сытые утки.

Они оба, не сговариваясь, выбрали именно это место – удалённое, изолированное, скрытое от посторонних, хоть и немногочисленных, глаз – и в то же время дающее возможности к отступлению.

Вокруг низкого столика были подушки, еле слышно играла музыка, журчал небольшой водопад, прохлада от воды делала вечернюю палантин снег кружится. дизайнер елена черкашина, практически незаметной. Хотелось расслабиться – и Кэти снова, в который раз, напоминала себе, что расслабляться нельзя ни в коем случае, никогда, даже с теми, кому доверяешь, что уж говорить о тех, кому доверять. Она ведь безоговорочно верила Франсуа, верила как самой себе – и потому не ожидала подлости, не ожидала, что в том вине…

Мысли о Франсуа снова вернули её к сегодняшнему утру, к газете, к её спутнику – и она со странным волнением посмотрела на то, как Абихан аккуратно подливает ей вино в бокал.

- Я, кажется, задумалась и отвлеклась.

Извини.

- Я говорил о том, что по большом счёту мог бы палантин снег кружится. дизайнер елена черкашина, всё – но уже не уверен, что мне это нужно интересно.

- Ты ведь считаешь, что всё продаётся.

- Да нет, что ты, в самом деле.

Кэти изумлённо посмотрела на принца - он не шутил, в самом деле не шутил.

- Да-да, ты не ослышалась, не всё продаётся. Но всё в итоге ПОКУПАЕТСЯ.

Кэти попыталась возразить, но он оборвал её одним взмахом руки:

- Не всё изначально продаётся.

Палантин снег кружится. дизайнер елена черкашина, всё, - хорошо, если тебе так легче, то почти всё - в итоге покупается. Подумай об. Подумай, мы же с тобой всё-таки. хм. коллеги.

- Деньги.

- Кэти, я сказал хоть слово о деньгах? Подумай и об. За деньги можно купить многое. Но не всё. Далеко не всё. Разве ты не знаешь об этом?

Деньги – это зачастую слишком прямолинейно.

палантин снег кружится. дизайнер елена черкашина,

И так некрасиво.

- Хотела бы я посмотреть, как ты без них будешь жить.

- Думаю, я бы решил эту проблему. Но деньги несомненно дают определённую свободу. Разве нет?

- Дают, - Кэти мрачно посмотрела на принца, вспомнив, с палантин снег кружится. дизайнер елена черкашина, трудом ей приходится выбивать деньги для заповедника.

- Что, проблемы?

Кэти покачала головой.

«Ещё не хватало – жаловаться тебе на материальные трудности»

- Не хватает на корм для антилоп?

- Приезжай и сам посмотри.

- Приглашаешь?

- А почему бы и.

Только у нас плохие условия. Для Вас, боюсь, не очень-то подходящие.

«Поедешь ты, как же, в такую даль»

- Я приеду.

- Серьёзно?

- Честное слово, - он улыбнулся, озорно, почти по-человечески, - так что жди в гости.

Что такое?

- Просто… не могу поверить…

- Привыкай.

- Вот уж это вряд.

Он отвернулся и сжал бокал так, что костяшки пальцев побелели.

- Ты всё никак не отвыкнешь от войны, Кэти? Всё воюешь?

- А ты?

- А ведь речь не обо мне, нет? Ты даже на официанта смотришь как на врага.

Расслабься. Мы сейчас не на войне, мы отдыхаем. Мы оба отдыхаем. Никто не собирается стрелять в тебя, никто не собирается убивать. Здесь нет врагов, здесь только.

- А ты? – тихо ответила.

- Я, значит… Хорошо. А много ли врагов у тебя в заповеднике?

- Мы как в оккупированной зоне. Периметр, охрана, мы там не ходим без оружия. Я отвечаю за всё – в плане безопасности.

- Ты, значит, отвечаешь у нас за всё.

«Если бы ты знал, каково это было – вдруг понять, что ничего нет»

- Я привыкла отвечать – за ребят, за свою часть работы, за сохранность Макрона, за жизнь Нейтона, за…

- Я понял, - он наклонил голову, прядь волос закрыла его лицо, и он нетерпеливо отбросил её, - но мир в очередной раз повернулся, а ты и не заметила.

- Нет, теперь я отвечаю за своих животных.

- И боишься, что если у тебя отнимут это – у тебя не останется ничего? Ничего и никого?

- Откуда…, - Кэти стало страшно и холодно, будто порыв ветра налетел на мгновение.

- Просто знаю. Просто давно знаю, Кэти. Ответственность за тех, кто рядом, постоянное напряжение, ответственность за жизнь друзей и родных, ответственность, как тебе кажется, за весь мир – всё это становится частью.

А потом вдруг это заканчивается. Будто ветром сдуло – и теперь ветер в. Одно ушло, а другого ещё. И не нужно больше спать урывками, не нужно вскакивать от любых звуков, не надо постоянно гадать, откуда может прийти опасность. Ничего этого. А нового – ещё. И непонятно, как жить. Как жить в мире, где всего этого.

Ты привыкаешь быть героем и решать вопросы с помощью стрельбы – и вдруг выясняется, что такой метод невозможен.

Ты думаешь, что устала от войны, и мечтаешь оказаться на войне –. Лишь бы всё было ясно, чётко, определёно. Понятно. Разве не так?

Она задержала дыхание – чтобы не заплакать.

«Почему он снова знает всё? Почему именно он, почему не кто-то из ребят, почему не… почему не Франсуа?»

- Я пойду пожалуй. Поеду… Уже так поздно.

- Я провожу. Ты позволишь?

Она кивнула.

- Только я бы хотела пройтись… Пешком.

- Ну если ты так хочешь, - и он осторожно положил руку на рукоятку бластера.

«Значит, ты бросил воевать, да?»

Они шли молча по ночному городу, и Кэти подумала, что после такого вечера надо бы идти, держась за руки палантин снег кружится. дизайнер елена черкашина, именно так мечтала она идти после войны, рука в руке, весело болтая, с симпатичным молодым человеком, за которого она разумеется выйдет замуж – и вот она впервые идёт без всякой цели по улицам, гуляет – и вот вам, пожалуйста – им страшно говорить друг с другом.

Да и человек совсем не.

Каждый из них боялся сказать что-то лишнее, боялся затронуть больную тему и косился на другого.

Город тёк мимо палантин снег кружится. дизайнер елена черкашина, потоком людей, влюблённых пар, подростков, спешащих домой, город начинал оживать – хоть после войны и прошло всего полгода, и кое-где были видны следыразрушений, и многие ресторанчики и кафе оказались закрыты, иллюминации почти не было – энергию старались экономить.

Луна была почти полной, и Кэти заметила, что хоть в городе и меньше звёзд, чем в заповеднике, всё же недостаток освещения делает небо ближе и ярче.

«Или я просто никогда не присматривалась к городскому небу?»

Она споткнулась, и принц поймал её, схватив за руку.

- Голова снова кружится?

- Нет, не поверишь, засмотрелась палантин снег кружится. дизайнер елена черкашина, звёзды. Как это прекрасно, - поддразнила она его.

- Наконец-то, - улыбнулся он в ответ.

- Наконец-то ЧТО?

- Палантин снег кружится.

дизайнер елена черкашина, и ты осознаешь, как прекрасно быть просто человеком.

Кэти почувствовала, что разговор может перерасти в ссору – и только усмехнулась.

- Ты не согласна?

- Согласна. Как это всё прекрасно, с ума сойти. Чёрт знает что.

И только подойдя к дверям гостиницы, она осознала, что держит его под руку.

Заметив взгляд, он улыбнулся и поцеловал её руку – аккуратно, в кончики пальцев.

- Я ведь действительно могу приехать в этот твой заповедник. Даже из интереса.

- Ну вот и посмотрим.

- До встречи?

- Как получится.

***

Кэти разбиралась в полевом госпитале, расставляла содержимое коробок, пришедших с последней почтой - лекарства, перевязочные материалы, витамины, шприцы.

Прекрасно! Та поездка всё ещё оправдывала себя - посылки продолжали приходить, на счёт поступили деньги, она проверяла, можно будет купить новое оборудование, в будущем - возможно переоборудовать полевой госпиталь, ну хотя бы частично, это ведь так необходимо, здесь всё устаревшее, настолько устаревшее.

Жалко, что все ребята уехали сегодня в город, они бы порадовались, да и помогли.

Нет, ей не тяжело, но иногда хотелось отдохнуть - удивительно, ведь она мечтала о том, чтобы оказаться здесь, и, кажется, мечтала об одиночестве.

- Мисс Кэти!

- один из местных, Али, по виду совершеннейший головорез - а других здесь и не было - пританцовывал на месте, взволнованный чем-то сверх палантин снег кружится. дизайнер елена черкашина. При каждом движении в ухе у Али покачивался и звенел колокольчик ("отгонять духов, мисс!"), а уж где он достал шикарные сапоги крокодиловой кожи, можно только догадываться.

Яркая красная рубаха в цветах, полотняные штаны, черная физиономия, автомат в одной руке - Али был всего лишь одним из немногочисленной бригады добровольных помощников заповедника и палантин снег кружится.

дизайнер елена черкашина, же охранников.

- Мисс Кэти! Там человек.

- Кто?

- Чужак. Не из местных. Белый.

- Белый? Вооружен?

Источник: http://xtalk.msk.su/~straycat/macron_1.htm